Фогг поднялся с колена и продолжал прислушиваться, равно как и Хайдад. Они вместе решили прикрывать тыл и решение это было спонтанным. Циана же, не поддерживала Анэку в ее желании сообщать кому-то о своих намерениях. Тычок в бок, означал что пора попридержать язык, но Анэка вслепую доверилась чернокожему стражу.
- Мне снесут главу, ежели я стану болтать об том, где эта девушка, миледи. Мне наказано никого не впускать, без фена (фен – монета на Волостраже. Пропуск во владения Шантильских шахт и подле нее). На поверхности волнения, я слыхал, что разыскивают беглецов, сбежавших из под стражи Шен Мин Тая.
- Мы тоже ищем их, – опередила Анэку Циана. – А они ищут эту девушку, потому она нужна нам сейчас, иначе, возможно он пришли убить ее. Опасная ситуация.
Анэка обернулась на Фогга и Хайдада. Фогг убрал нож и сейчас выглядел мирно, а Хайдад полез в свою котомку и достал оттуда еще одну монету.
- Держи! – протянул он стражу. – Кажи где она, пока не поздно.
Чернокожий страж, взял монетку и сунул ее за ремень. Затем он поднялся с колен, и взял свое оружие. И только после этого, он сказал:
- Я знаю Наиру. Она работает в нижней шахте. Вам придется идти одним, потому что путь туда мне не преодолеть, я слишком высокий для тех пещер, могу не вернуться. Туда идти, около фейя (фей – (сколот.) – хорр, час). Пойдете прямо, затем свернете над пещерным озером, пройдете две зири (зири (вепс.) – мера длины равная примерно километр) и свернете налево, там еще полторы зири. Когда возвернетесь, я провожу вас на выход.
- Добро! – улыбнулась Циана, хотя улыбаться было вовсе нечему.
Свернув над пещерным озером, налево, Анэка обернулась на друзей.
- Смотрите во все глаза, когда будем выбираться отсюда, возможно нам придется пойти другим путем. Скорее всего, добыв Наиру, мы можем попасть в капкан Шен Мин Тая. И поможет нам только наши Боги, а вовсе не мой трехольтский меч.
Это понимали все. В любом случае, так же все понимали, что обратного пути уже нет. Разве что выйти на поверхность и сдаться Таю. Но тогда их казнят на рассвете, как беглецов.
- Этот раб мог бы помочь, – ответствовал Хайдад. – Он высок и плечист…
- Откуда знать что он раб здесь? – возразила Циана. – Может он работает на Тая больше, чем мы думаем. Но тогда там отсюда не выйти. Ни живыми, ни мертвыми. Смекаете?
- Я видел на его запястье след от колодки, – дополнил Хайдад. – Он раб. Иначе бы не приклонял колено перед Анго. Он мог бы нам помочь. Я могу уговорить его, если ты позволишь, Анго.
Все остановились, устремив взгляды в сторону Анэки. Было что-то дерзкое и смертельное в этом желании Хайдада уговорить раба Шантильских шахт действовать с ними заодно.
- Попробуй, – наконец ответила иллинка. – Только осторожен будь. Нам нужен еще один помощник, а не засада.
Получив благословение от Анэки, Хайдад обнял брата и устремился назад. Он обернулся лишь раз, чтобы посмотреть в спину троим. Он был уверен, что уговорит раба. И даже знал как.
2.
- Не печалься загодя, – говаривал Теромир. – Може Норлан просто заплутал где, отбившись от войска. Бой был страшный, как мне воины сказывали. Може жив еще.
Кайосса больше печалилась о том, что не смогла отговорить от смертельного сражения. И ведь даже Конгор знал, «видел». И Моране тут же пришла в голову идея, вызвать его видения и посмотреть, что далее будет. Ведь раз он зрит будущее, значит заведомо можно использовать это на благо королевства.
После похорон Мортона, Кайосса старалась не беспокоить Конгора, желая чтобы он сам справился с болью потери. Он будущий кнес, ему нужно было уметь справляться с потерями, чтобы выходить к народу и объяснять почему так произошло. Учиться жить. И править. Однако Морана не подозревала одного момента. Уверенная в том, что Конгор это лучший правитель Самси, она упускала из виду то, что он мог быть не единственным претендующим на трон. Ходили слухи, что Мортон был замечен в связях с клесинкой Купель, царицей Иллиара. Ярона сказывала, что такие слухи ходили уже после появления на свет Конгора. Но они не подтвердились и не опровергались. Поэтому стихли. Но проверить бы стоило, чтобы избежать нежелательных моментов, когда Конгору придется примерить корону кнеса.
Покои будущего правителя Самси находились на самом верхнем этаже каменного замка Мортона. Сам Конгор желал жить в поднебесье. Возможно, предположила Кайосса, это связано напрямую с его даром зрить будущее. Подняться в вышину, чтобы ничего не помешало. Но может быть, это так же предостережение. Ступени на вышний этаж были пологими и неудобными. А для Мортона еще и опасными, скользкими. В замке часто было сыро и холодно. Возможно Конгор хотел что-то скрыть от своего отца. То что считал непотребным выносить на суд народа Самси.
Поднимаясь по этим ступеням, Морана понимала одно. Что бы ни было там у Конгора, ему придется когда-то все тайны раскрыть, чтобы принять чин и стать короля – правителя Самси. И очень возможно, что ему придется жить по тем законам города и королевства, которые ему не очень-то любы. Но долг обяжет.
