Горы, где она обитала, со всех сторон были окружены землями джиннов. То есть магической аномалией, которая либо искривляла, либо не пропускала мой зов. Поэтому мой дракон попросту не мог его услышать.
Тем временем от преследователей нас отделяло всего два бархана.
– Достаточно, старик! – не выдержал Кассим. – Остановись! Мы встретим их здесь, наверху! Им будет сложно подняться к нам по склону, и это даст нам небольшое преимущество.
– Я пообещал привести госпожу в Аль-Убари, и я ее туда приведу, – пожал плечами Хаким. – Вас вести я не вызывался, так что можете оставаться и встречать погоню где захотите.
И продолжил свой путь по гребню, а затем по боку бархана, негромко приказав, чтобы мы ставили ноги именно туда, куда ступали его обутые в старые сапоги ноги.
– Если хотите жить, идите по моим следам, – добавил негромко. – Но не оступитесь – джинны близко!
И мы старались, хотя Кассим бормотал себе под нос, что это всего лишь придурь выжившего из ума старика. Нам нужно встретить врага на гребне бархана, а не ползти, наполовину проваливаясь в песок, по его склону. В чем смысл этого маневра, если с такой скоростью мы не обгоним даже муравья?!
Именно это и сделал Надир – попытался догнать нас как можно скорее, поэтому направил своих людей вниз с бархана.
Сам же медлил, застыв на гребне. Смотрел в мою сторону, и я неожиданно встретилась с ним глазами. Но тотчас же отвела взгляд, а внутри меня всколыхнулось нечто недоброе, темное.
Я вспомнила всю ту боль и унижения, которые причинил мне этот мужчина, решивший заполучить мое тело. Присвоить меня себе, невзирая на то, что я этого не хотела.
Тут Надир тронул ногами бока своего жеребца и последовал вниз за своим отрядом.
Внезапно я почувствовала, что там, на дне, между двумя песчаными дюнами, скопилась вязкая магическая энергия непонятного происхождения.
Она пребывала в покое – по ней разве что шла легкая рябь, вызванная порывами жаркого ветра. Но стоило первому всаднику достигнуть низины, как болото пришло в движение.
Оно закрутилось вихрем, ускоряясь и усиливаясь с каждой секундой, словно черпало неведомые силы из-под земли. Затем раздался утробный рев – такой же, как мы уже слышали ранее.
По моему телу побежали мурашки, и меня стала бить непроизвольная дрожь – настолько все это оказалось жутко!
Почти одновременно с неистовым ревом земля исторгла из себя черный песчаный смерч, и все те, кто оказался в непосредственной от него близости, исчезли с наших глаз, поглощенные темной волной.
Я слышала полные ужаса и боли крики, а потом ветер донес тошнотворный запах горелой плоти.
– Там больше не на что смотреть, – спокойно произнес Хаким. – Вперед! Дальше они за нами не пойдут.
Но я не могла… Не могла не смотреть!
Видела, как стегал своего коня Надир. Орал на него, заставляя поскорее взобраться на склон бархана, а позади них крутился, разрастаясь в размерах и неминуемо приближаясь, смертоносный магический смерч.
Другие преследователи тоже пытались убежать – выбраться из западни, в которую сами и угодили. Кричали люди, испуганно ржали лошади – и мне было предельно ясно, что это конец отряда Надира аль-Аммана.
Впрочем, погиб ли он сам или же ему и кому-то из его воинов удалось спастись, я так и не увидела. Мы перевалили за гребень, и бок бархана закрыл нам обзор.
Но нас уже никто не преследовал.
Еще через несколько минут раздался знакомый рев, а в небо взметнулся очередной столб пыли – но уже довольно далеко от нас. На это Хаким пожал плечами.
– Не думаю, что кто-то из них уцелел, – возвестил старик.
Еще через полчаса Хаким предложил нам сделать привал и отдохнуть, так как жара и пустыня лишили нас последних сил. И мы согласились, хотя всем было порядком не по себе.
– А как же джинны? – с опаской спросил Кассим. – Что, если они на нас нападут?!
– Мы остановимся там, где они нас не тронут, – уверенно отозвался старик.
Отдохнув, мы двинулись дальше. Где-то через час Хаким объявил, что земли джиннов закончились и теперь мы можем ступать везде, где заблагорассудится.
Вскоре пустыню сменила каменистая низменность. Камней становились все больше и больше, пока наконец они не превратились в валуны. Затем низменность стала холмистой, а к вечеру мы достигли подножия гор.
На входе в ущелье я увидела потрескавшуюся, поросшую лозой каменную арку, на которой была надпись…
– Древнеостарский, – пояснил мне Кассим, потому что я застыла с открытым ртом – у меня не получалось сложить буквы в знакомые слова. – Тут написано: «Добро пожаловать в Аль-Убари и на земли красных драконов. Но будь осторожен тот, кто задумал недоброе. Если у тебя злое сердце, пощады тебе не ждать!».
Если бы я не была настолько уставшей, то, наверное, возликовала бы. Но сейчас у меня попросту не осталось на это сил. Все, что я могла, – лишь тащиться следом за Хакимом, надеясь, что он знает, куда мы идем, и что нас за это не убьют, решив, что у кого-то злое сердце.
А потом появился он – огромный город, раскинувшийся в горной долине.
