– Могу сразу вам сказать, что такое описание есть, в закрытом отделе, разумеется. И ещё там, в особом ящике, есть некий том, который может взять в руки только носитель крови Медина. Об этом меня предупредили, когда я принимал библиотеку. Полагаю, что это один из их родовых артефактов.
– М-м-м, да, возможно…
– Скажите, Хранитель, а сколько вы уже работаете с этим собранием? – спросил вдруг Жак.
– Недолго. Всего шестьдесят два года. Те тома и свитки, из-за которых я появился здесь, привёз двенадцатый герцог. Он был с военной миссией на Чёрном континенте…
– Ага, понятно. И сколько раз за эти годы члены семьи обращались к этому артефакту?
– Дважды. В первый раз – когда тринадцатый герцог принимал обязанности главы дома, во второй – вскоре после смерти его старшего сына.
Мари посмотрела на Дюпона с интересом.
– Поделитесь, что у вас за идея?
– Пока нет, – Жак нахмурился и невидящим взглядом уставился в тёмное окно. – Надо подумать. Надо подумать и кое-что проверить.
Не обращая внимания на остальных, он поднялся и пошёл к книжным шкафам.
Глядя ему вслед, Лавиния сказала негромко:
– Семейные или родовые книги… Где-то мне это попадалось несколько лет назад, но точно не в Спанье. Вообще такой термин, не слишком частый, сказала бы я. Хотя это и странно.
– Ничего странного, госпожа коммандер, – откликнулся Хранитель. – Во-первых, такие книги, как семейные гримуары, зачарованы на кровь. В лучшем случае вы ничего не увидите на их страницах…
– Да-да, – усмехнулась Мари. – Один мой ученик попытался как-то открыть мой личный блокнот для записей, так потом долго пальцами мог только направление указывать, и то неточно.
– Почему неточно?
– Потому что забинтованные пальцы получились очень толстыми! А что во-вторых, уважаемый Хранитель?
– Во-вторых, – продолжил Атрамос, – сведения в эти книги не вписывают, они появляются сами. Поэтому скрыть появление на свет бастарда или магические способности члена семьи невозможно.
– От тех, кто к семье принадлежит, – кивнула Лавиния. – Я вспомнила, где с этим сталкивалась, в Лации! Не все и не везде, но некоторые магические семьи такие книги имеют. Правда, там это всё как-то иначе устроено, вплоть до того, что книги эти могут храниться не дома, не у главы рода, а у доверенного нотариуса.
– Я слышал об этом, но, как вы понимаете, в таких собраниях Хранителей не бывает. Так вот, вы же понимаете, что о такого рода раритетах не болтают. Не во всех семьях они были изначально, не все их сохранили… Вот лично я знаю одну семейную книгу, дома Медина. Она здесь.
– Простите, Хранитель, – окликнул его Дюпон. – В каталоге числится справочник по редким артефактам в четырёх томах. Но третьего тома в наличии нет, вместо него стоит очень похожая внешне книга совершенно другого содержания.
Жёлтые глаза Атрамоса вспыхнули, словно там, внутри, зажглось пламя. Даже Лавинии, которая такое уже видела, стало не по себе, Мари же непроизвольно отодвинулась подальше.
– Справочник под редакцией Ван Ваальса? – тихо спросил Хранитель.
– Да, этот.
– Это очень, очень интересно… – дамы моргнуть не успели, а хранитель уже оказался возле того самого шкафа в глубине комнаты, где стоял Дюпон.
– Что за справочник? – шёпотом поинтересовалась Мари. – Мне он не попадался ни разу.
– А его изъяли из продажи сразу после выхода, – ответила Лавиния. – Ван Ваальс имел неосторожность напечатать его в Венеции, у Даниэля Бомберга.
– И что?
– Ну сама подумай – справочник по редким артефактам. С описанием внешнего вида и возможных типов воздействий. С указанием владельцев за всю историю существования. А тогдашний дож Альваро Мочениго совершенно не желал афишировать наличие у него большой коллекции артефактов, в том числе и тех, которые уже тогда были в числе категорически запрещённых.
– Составитель и издатель выжили?
– С трудом. Но тираж полностью уничтожили, а Бомберг размахнулся на восемьсот пятьдесят экземпляров, по тем временам гигантская цифра. Считалось, что уничтожили полностью. Лично я знала о сохранившихся пяти экземплярах, это, по-видимому, шестой.
– И что в этом третьем томе может быть?
– Интересно, правда?
Мадам Лаво показалось, что глаза подруги вспыхнули ничуть не хуже, чем жёлтые буркалы Хранителя, разве что цвет был другой. Вздохнув, она неразборчиво что-то пробормотала. Впрочем, неразборчиво было для Лавинии, Жак услышал краем уха, что бормотала Мари обращение к духу лоа Эрзули…
Через несколько мгновений госпожа Редфилд вздохнула и тихо проговорила:
– Похоже, что эти двое потеряны для общества… Хорошо, пойдём-ка мы с тобой побеседуем со здешними обитателями.
– Разделимся для скорости?
– М-м-м… Думаю, не стоит. Мне они в любом случае обязаны отвечать, а тебе мы официальный документ не выправили, кто-то может и упереться. Пойдём вместе.
– И кого ты собираешься осчастливить?
– Сеньору Эстефанию для начала, – Лавиния чуть подумала, потом утвердительно кивнула головой. – Да, почтенную нянюшку, безусловно. Потом было бы неплохо побеседовать с бывшим дворцовым магом, он ведь тоже сюда переселился, как там его?
