«Итак, явных претендентов на роль злодея у нас два. Во-первых, граф Хаэн. Чтобы отдать ему партию злодея, он имеет кровное родство – официальное, признанное, законное. Есть опыт управления графством, конечно, нельзя и сравнивать провинцию Уэскар и графство Хаэн, несопоставимые размеры, население и хозяйство. Но всё же опыт имеется, и имеется какая-то команда. Кроме того, его знает король, и знает давно. Ну, и мнение народа, в лице старшей горничной и поварихи, тоже ложится на эту чашу весов. А на другой… Мнение самого Лонго, для начала. Да, он был ребёнком, последний раз видел дядюшку в семь с небольшим лет, но запомнил-то не только подарок. Запомнил мальчик и то, что граф защищал Марию Франциску даже от нападок родного отца. Кстати, надо будет спросить у неё, как так получилось, что магию ей всё-таки не запечатали? Что ещё говорит в пользу графа Хаэн? Мы помним, что тринадцатого герцога долгое время провоцировали, подсовывая неприятности. Для того, чтобы всем этим заниматься, нужно было быть рядом. А Хаэн, и это говорят все в один голос, появлялся изредка, в основном занимаясь собственным доменом. И ещё один момент, у него только дочь, оставшаяся бездетной вдовой. Конечно, молодая ещё женщина, вполне может ещё не раз выйти замуж и родить десяток детей, но… но это опять женская линия. И тут для получения королевского изволения на наследование нужно будет приводить очень, очень серьёзные доводы. Правда, встреча дядюшки и племянника выглядела странно, только кто ж его знает, что подразумевалось под каждой из фраз? Посмотрим за обедом, что и кто будет говорить…»
Она с удивлением посмотрела на погасшую трубку и покачала головой. Встала, потянулась, прошлась по комнате, продолжая думать.
«Второй претендент, чисто гипотетический, это секретарь. Пока совсем непонятный персонаж в нашей истории. Похож на того полковника, кузена тринадцатого герцога, как две капли воды, но сведений об этом давно покойном дядюшке у меня маловато. Даже если Гонсалес и в самом деле его сын, и значит, троюродный брат нашего Лонго, является ли он законнорожденным? Сколько я знаю, его величество Фердинанд очень, очень неохотно подтверждает в таких случаях наследование. И неудивительно, – тут Лавиния позволила себе совершенно непочтительно хмыкнуть. – Помнится мне, когда Фердинанд всходил на престол, ходили слухи о всяких неприятных аспектах брака его родителей. Кое-кто как раз сомневался… Ладно, это сейчас неважно. Надеюсь, Равашаль добудет мне сведения о военной биографии и личной жизни полковника Переса де Уэскар, и сделает это срочно!».
Лица Лавинии коснулась струйка прохладного воздуха, и она развернулась в сторону входной двери, ожидая увидеть Родригеса. Однако на пороге стоял вовсе не дворецкий. Высокая женщина в тёмно-лиловом сделала шаг вперёд и спросила:
– Могу ли я присоединиться к вам?
Голос у неё был приятный…
– Прошу вас, – госпожа Редфилд обвела рукой курительную, все эти её кресла, диваны и прочие предметы. – Вы курите?
– Иногда. Здесь мне пока не попались пахитоски, к которым я привыкла в Рио, такие, знаете, особый табак, мелко нарезанный и завёрнутый в маисовые листья. Простите, я не представилась: Мария Эсперанса, графиня де Сьерра-Морено.
– Коммандер Редфилд, Служба магбезопасности Союза королевств, – Лавиния коротко поклонилась. – Так вы жили в Рио? Долго?
– Почти десять лет, – Мария Эсперанса угнездилась в кресле и разгладила на коленях лиловую ткань. – Муж служил там в посольстве Спаньи, военным атташе. Полгода назад он умер, и я вернулась к отцу. А вы… Хм, коммандер, флотское звание, отчего так?
– Так уж принято в Службе магбезопасности.
– Как странно… Никогда не сталкивалась с вашими коллегами. А вы здесь по делу, с расследованием?
– О нет, меня пригласил его светлость Энрике Хавьер!
Лавиния решила не говорить слишком много. Пока что она не поняла, что собой представляет эта дама. У неё вообще возникло ощущение, что они фехтуют, обмениваясь короткими уколами. Кто первым сделает выпад, кто начнёт атаку? «А ещё похоже на двух котов, которые вопят гнусными голосами, прежде чем начать драку!» – подумала она и фыркнула тихонько.
Вдовствующая графиня сняла шляпку, лицо её теперь не было закрыто вуалью, и госпожа Редфилд из-под ресниц это лицо разглядывала. Узкое, с выпирающими скулами, глубоко посаженными глазами и длинным тонким носом – нет, эта женщина не была красавицей. А ещё она совсем не была похожа на графа Хаэна, разве что разрез глаз и неожиданная ямочка на подбородке походили. «Тьма, как же мне недостает сведений об их магически усиленной наследственной внешности! – Лавиния мысленно выругалась, но это не помогло. – Распространяется ли это усиление и на женскую линию? Если эта «красавица» и в самом деле единственный ребёнок Хаэна… Мог он затеять такую комбинацию ради неё? А ради себя?»
Она вытащила из пространственного кармана кисет с табаком и стала набивать трубку. Мария Эсперанса заинтересовалась.
– О, как интересно! Я так и не научилась создавать это пространство «среди нигде», как ни старалась… А у вас там большой объём?
