– Методы обучения, тем более для магов – вовсе не догма. Если мы знаем, что студент в состоянии изучить теорию самостоятельно, то наше дело – порекомендовать ему нужную литературу и консультировать по мере необходимости. Предложить темы самостоятельных работ, – она загибала пальцы. – Проверить эти работы и обсудить их со студентом. А затем уже назначить даты и провести ряд практических занятий с личным присутствием. Да, конечно, старый формат проще и привычнее, но мир меняется, и мы меняемся вместе с ним! – смочив горло водой из бокала, она продолжила. – И, кроме того, некромантия – это вовсе не только кладбища и тела. Это и духи, и призраки, и порождения изнанки, и исследование этой самой изнанки. Я уже не говорю о работе на стыке, скажем, боевой магии и некромантии, или об исследованиях в области магии вуду!
Лавиния посмотрела в упор на мать Патрисию, и та не подкачала.
– Вы не упомянули об исследовании теневых путей, госпожа профессор, – голова в белом платке с алой полосой качнулась, взгляд же не отрывался от Марии Эсперансы. – Насколько мне известно, новые разработки в портальном строительстве отчасти базируются именно на этих исследованиях. Ну, вы-то в курсе, дядюшка Альваро: порталы для габаритных грузов, специальные порталы для транспортировки тяжело больных…
– Я, разумеется, в курсе, – граф Хаэн промокнул губы салфеткой. – Правда, мне всегда казалось, что проще доставить мага-медика к больному, чем рисковать портальным откатом.
– Мага-медика – да, а оборудование?
За спором сотрапезники не заметили, как была убрана еда и сервирован десерт.
«Обед считается семейным, повседневным, – думала Лавиния, наблюдая. – Значит, переходить в гостиную для того, чтобы выпить кофе, никто не станет. Как бы мне исхитриться и втянуть в беседу секретаря? Молчит ведь, уставился в скатерть…». Её планы были нарушены появлением дворецкого, который склонился к уху хозяина и что-то проговорил. Герцог выслушал, кивнул и встал.
– Господа, я вынужден вас покинуть. Срочный вопрос. Госпожа профессор, не откажетесь проконсультировать?
Отставив кофе, Лавиния поднялась.
– Несомненно. Прошу меня простить, дамы, мы сможем продолжить этот разговор позже.
Выйдя в коридор, Энрике Хавьер не стал тратить время на хождение по коридорам. Он достал из кармана кристалл и активировал его. Разгорелось портальное окно, и юный герцог шагнул в него. Лавиния, не задумываясь, последовала за своим студентом.
Портал вывел их в уже знакомый кабинет. Лавинии показалось, что ничего не изменилось с того момента, когда Жак вскрыл вон ту дверь, и они тут осматривались.
– Что случилось, Сандоваль? – спросила она.
Герцог развернулся и остановился прямо напротив неё; судя по сдвинутым бровям, он был зол.
– Что ваши люди делают в моём поместье, сеньора профессор?
– Ищут злоумышленника, напавшего на Хранителя вашей библиотеки, – ответила она спокойно. – Ваша светлость.
– Тьма!
Молодой человек прошёл по кабинету, остановился у окна и глубоко вздохнул.
– Что сообщил вам Родригес? – спросила Лавиния, садясь в кресло. – Сядьте, Сандоваль, и перестаньте раздувать ноздри, словно бык на арене. Рассказывайте.
– Я не стал брать с собой коммуникатор, велел Родригесу отвечать на звонки. Не хотел, чтобы отвлекали.
– Так, понимаю. И кто пытался с вами связаться?
– Няня Стефа. Эстефания Иньиго-и-Фуэнтес. Она требовала, чтобы дворецкий немедленно передал мне коммуникатор, но тот отказался. Тогда она сообщила, что ваши люди арестовывают работников поместья и наносят ущерб библиотеке. Родригес пересказал это мне.
– Только пересказал?
– Ещё он добавил, что не уверен в объективности Эстефании. Но я же знаю, она никогда меня не обманывала!
Лавиния покачала головой.
– Что сеньора Эстефания сказала, дословно, вы можете повторить?
– Ну конечно, нет!
– Тогда зовите Родригеса.
Дворецкого долго ждать не пришлось, это удивительное свойство их племени госпожа Редфилд отметила давно: появляются мгновенно, и так же мгновенно исчезают.
– Слушаю, ваша светлость, – поклонился тот.
– Родригес, перескажите как можно точнее, что именно сказала сеньора Эстефания?
– Э-э… «В Паломарес дель Медина неладно, чужаки перерыли библиотеку и забрали Мигеля Санчеса, его светлости нужно скорее прибыть сюда».
– Это всё? – прищурилась Лавиния. – Нет, конечно же, не всё. Говорите, Родригес!
– Ну, ещё она сказала что-то непонятное. На чужом языке…
– Повторите!
Дворецкий сдвинул брови, потёр кончик носа, дважды сжал кулаки…
– Энтзук назае… Энтзун занае… Нет, сеньора коммандер, не смогу.
– Тогда потерпите пару секунд, я прочту.
Лавиния растёрла ладони и приложила пальцы к вискам дворецкого; тот обречённо зажмурился. Правда, ничего страшного не происходило, просто ему показалось, что лоб и затылок погладили мягкой кошачьей лапой. Любопытство взяло верх, и он открыл один глаз. Увидел он только своего господина, стоявшего перед ним и вглядывавшегося в лицо с каким-то болезненным интересом. Коммандер стояла за спиной… а, нет! Прохладные пальцы оторвались от его висков, и Родригес невольно выдохнул с облегчением.
