Взяв тележки, вороны направились обратно в сторону стены. Идти в гору было нелегко, благо, в тележках оставались лишь лопаты. Солдаты, хорошо зная свое дело, рыскали вокруг, тщательно следя за безопасностью — пока все было спокойно. Лейтенант, ответственный за работу кортежа, строго следил за выполнением работы и не давал воронам ни секунды передышки.
Лу, будучи довольно сообразительной девушкой, ожидала, что лопаты будут нужны для закапывания почивших жителей города, но они их выгружали у реки, так что этот вопрос снова всплыл в ее мыслях. Единственный ответ, приходивший в голову, ей совсем не нравился. Но, к своему глубокому сожалению, она угадала.
Добравшись до полосы леса, где появлялись первые столбики, вороны рассеялись по территории и, схватив в руки лопаты, принялись рыть землю, каждый у своего столбика. Лу ничего не оставалось, как последовать их примеру. Командующий гневно покрикивал на работяг, грозясь бросить в тюремную яму. По-видимому, даже рыть могилы лучше, чем сидеть в этой яме, потому что каждый из воронов тут же принимался с двойной энергией за работу. Лу не собиралась проверять правдивость теории на своей шкуре, поэтому работала с максимальной отдачей.
Чем глубже Лу продвигалась в раскопках, тем сильнее становился трупный запах, и тут она вспомнила про тканевую маску. Нацепив ее на вспотевшее разгоряченное лицо, она продолжила рыть, благодаря Собиана, который посоветовал не завтракать плотно.
Лопата вгрызлась во что-то мягкое и Лу начало мутить. Неужели ей придется голыми руками доставать ЭТО? Очистив, на сколько было возможно останки от земли, Лу решила спросить у более опытных, как же они их достают, как вдруг нарвалась на гневную тираду командующего. Ей даже показалось, что он сейчас достанет кнут и станет ее бить. Под его требовательным взглядом Лу наклонилась и ухватилась за тряпку, в которую, по-видимому, было завернуто тело. Труп был слишком тяжелым, чтобы справиться одной и она, не стесняясь, сказала об этом командиру. Тот дал сигнал одному из воронов, и они вместе с Лу вытащили останки, водрузив их на тележку. Лу шепнула партнеру, чтобы тот звал ее на помощь, когда откопает своего, пока командир не видит, и тот согласно кивнул. Даже мужчине в одиночку трудно было поднять такой груз.
Несмотря на маску, запах мертвечины все же забивал нос. Лу пыталась дышать в полсилы, отчего заболела голова. Тогда она решила смириться с запахом и вдохнула полной грудью, о чем тут же пожалела. Помогал только ветер, который иногда уносил запахи с собой, и тогда Лу жадно вдыхала чистый воздух.
Командир дал сигнал передышки, разрешив воронам несколько минут посидеть на земле, вдали от выкопанных тел. Каждому была предложена фляжка с водой, после чего Лу зауважала лейтенанта чуть больше. Предложенные лепешки не взял никто.
Напившись воды, Лу с удовольствием бухнулась на землю, вытянув ноги. Посмотрев на руки, она увидела несколько вскрывшихся мозолей, из-под отслоившейся кожицы которых вытекала светлая жидкость. Теперь, вдобавок ко всему, копать будет еще и больно. Тело жутко ломило после вчерашних и сегодняшних приключений, и Лу с грустью понимала — дожить до утра будет ой, как не просто. По ее ощущениям прошло часов шесть, может семь. Это значит — до темноты еще очень долго.
Летая в своих мыслях, девушка не сразу заметила, как стало пасмурно. Солнце закрыли низкие серые тучи, и на горизонте за рекой мелкими всполохами появлялись первые молнии. Когда предгрозовой влажный ветер подхватил выбившуюся прядь волос, Лу с удовольствием и благоговением посмотрела в небо, вдохнув наполненный грозой воздух. Ей всегда нравились грозы. Деревья опасливо зашумели листвой, и командир протрубил отбой отдыха. Вороны, вздыхая и согнувшись, похватали свои лопаты и вновь принялись за нелегкий труд.
Дождь крупными каплями бил по голове, холодными струйками затекал за шиворот или, сливаясь в виде маленького ручейка, стекал прямо с носа. Все вороны промокли до нитки. Это сначала показалось Лу забавным, но когда подул усилившийся холодный ветер, а на ней не осталось сухого места, она переменила свое мнение. Несмотря на тяжелую физическую работу, Лу все равно мерзла, и ее начинала бить крупная дрожь. Земля, намокнув, стала неподъемной, в выкопанные углубления стекала вода, и становилось непонятно, то ли черпать воду, то ли отбивать прилипающую грязь с лопаты.
Бурча себе под нос все проклятия мира, чувствуя дрожь в конечностях от холода и усталости, Лу из последних сил вбивала острие лопаты в заросший корнями чернозем, когда услышала голос Дармы. У нее не сразу получилось разглядеть его, так как дождь застилал глаза, и ей пришлось несколько раз смахнуть воду с лица рукавом. Она с трудом выпрямила спину, опершись о древко лопаты.
Дарма сидел на сером в яблоках жеребце, в плотном непромокаемом плаще, по которому с упругим звуком во все стороны стекали ручейки. Волосы капитана промокли и потяжелели, по лицу мужчины стекали струи дождя, но это его, по-видимому, нисколько не смущало.
