Несколько раз уклонялись от многочисленных в это время года тайфунов. Глыбы облаков громоздились на горизонте, силы стихии закручивали испаряющееся море в тугие спирали облачных масс. Ночью молнии подсвечивали эти клубящиеся горы водяного пара, и они сверкали, создавая феерические картины бушующей природы. Соваться в тайфун нельзя. Как ни прочен железный корабль, массы ветра и воды могут повредить его, аппаратуру, сорвать с мест креплений механизмы. Однажды эскадра США попыталась пройти через тайфун. Погибло несколько современных на то время кораблей. Отслеживание погоды на пути следования корабля - тоже забота штурмана. Для этого использовались как данные спутникового наблюдения, регулярно принимаемые по фототелеграфной аппаратуре, так и личные наблюдения за метеорологической обстановкой. Принимались и прогнозы погоды, передаваемы по различным каналам для данного региона.
Пройдя просторы Индийского океана, БПК прибыл в Аденский залив. В районе острова Сокотра находилась еще одна база стоянки советских кораблей. О сомалийских пиратах в то время еще и не слышали. США только прицеливались к тому, чтобы влезть в этот район и уйти, оставив состояние т. н. "управляемого хаоса". В конце же 70-х годов 20 века здесь все было относительно спокойно. Но вопросы большой политики тогда Владимира волновали мало. Хватало забот и на корабле.
Стоянка была спокойной, ритм вахт, дежурств, отдыха при изнуряющей жаре, беспокойного сна во влажном и жарком воздухе, регламентных работ, занятий, контроль приборов и заведования - чередовались с веселым трепом молодых офицеров, которые находили время для рыбалки, организовывали купание за бортом, иногда вечерами или ночами собирались в какой-нибудь каюте для посиделок. Корабельная еда была сытной, но витаминов явно не хватало, поэтому все с удовольствием угощались свежей рыбой, выловленной любителями-рыболовами.
Иногда, не чаще раза в неделю - во время посиделок офицеры приносили и немного спирта. После употребления старались старшим офицерам не попадаться. Дважды за время несения службы заходили в местные порты - Абу-Даби и Йемен. Довольно грязные, пропахшие рыбой и переполненные беднотой, они не понравились Владимиру. В них были и богатые кварталы, куда нищета не совалась. Но с теми деньгами, которые выдавались на время заходов, советским морякам туда лучше было не заходить - денег хватало лишь на недорогие сувениры, жвачку или сладости, что и покупали матросы. Офицеры старались приберечь валюту для закупок в спецмагазинах, которые они посещали вместе с женами, после возвращения из похода. Владимир не стал беречь деньги и закупил каких-то деликатесов, которые они в очередной сбор всей компанией и употребили.
Писем от молодой жены Владимир за время похода не получал, да и сам не стал писать - он сообщил телеграммой, что уходит в море и счел это достаточным для общения.
Корабль нес службу, обеспечивая советское военное присутствие в этих водах. Пройдя через Красное море, корабль на недельку зашел в Египетский Порт-Саид. Жар двух пустынь - Сахары с Запада и Аравийской с Востока, в сочетании с Красным морем, создавали дикую картину климата, непривычную для северян. Изнуряющая жара без малейших признаков дождя - и лужи воды по утрам на палубе от осевшего конденсата. Холодильные установки с трудом справлялись, обеспечивая более-менее сносные условия для экипажа, и многие предпочитали спать на верхней палубе и надстройках. После жара местного климата, некоторые простывали, спускаясь в охлажденную кондиционерами атмосферу внутренних помещений.
Весело встретили Новый год. Дед Мороз с мочальной бородой довольно комично смотрелся в шортах и тропической форме. Но требовать от него одеваться в шубу никто бы не рискнул. Некоторые матросы стали пытаться раздобыть или приготовить себе что-либо веселящее. Осмотры помещений выявили несколько емкостей с заготовленной бражкой из самых разнообразных ингредиентов. Все изымалось и принародно, на построениях, уничтожалось. Полностью перекрыть алкогольный ручеек не удалось, матросы с запашком в Новогодний вечер встречались, но все обошлось в рамках приличий.
