Я осталась стоять на лестничной площадке. В окна било ослепительное майское солнце, газоны в парке украсили бордюры из поздних тюльпанов, дорожки скрыли белые и лиловые облака сортовой сирени. Мой последний день в Университете. Позади напряжённые месяцы, за которые я осилила полный курс общей магии и получила диплом следователя. Конечно, это была заслуга моего куратора: без Ксана я бы никогда не справилась.
К сожалению, за такое короткое время я не успела проникнуться студенческим духом и не завела друзей. Поэтому и покидать Университет было не грустно. Я прекрасно понимала – моя дальнейшая жизнь связана с мужем. Если мы раскроем… Нет, не так! Когда мы раскроем дело об убийстве моего отца, из Службы контроля мне придётся уйти. Желание стать следователем – следствие детской обиды. Райн уже намекал, что видит моё будущее несколько иным, но этот хитрый лис пока не говорил, каким именно. Я не настаивала – знала, что приму его предложение, чтобы он для меня ни готовил.
Заиграла мелодия вызова. С экрана на меня смотрела безмятежно счастливая Лери в купальном костюме и шляпке из соломки – неизменный атрибут пляжного отдыха. За ней на фоне насыщенно-синего неба виднелась сочная зелень тропических растений и розовые олеандры.
– Проверяю связь! – затараторила она. – Это так здорово, когда можно поговорить с кем угодно, не сходя с лежака! Я уже поболтала с мамой и с папой, не хотела тебя отвлекать, но не удержалась! Должна же я ещё раз поблагодарить вас с Ксаном за визионы!
– Я рада, что угодила. Как отдыхается?
– Здорово! Представляешь, когда в отеле узнали, что мы молодожёны, нас заселили в роскошный номер! – от избытка чувств подруга причмокнула.
– Замечательно! – я старательно и, надеюсь, правдоподобно изобразила восторг. Основным условием доплаты за обмен стандартного двухместного номера на апартаменты для новобрачных было молчание администрации отеля. Лери не приняла бы ещё один дорогой подарок.
– Тут всё такое красочное и яркое-яркое! – продолжила она. – Серого вообще нет! И очень жарко! Мы не вылезаем из моря, но Кир, похоже, уже обгорел. Несмотря на это, он страшно доволен и просил передать привет! Вы точно не сможете вырваться? Хотя бы на день?
– Нет, – покачала я головой. – Отдыхайте без нас. В конце концов, у кого медовый месяц?
– Вы свой медовый месяц провели в пыльных архивах! – Лери сморщила нос. – И не говори мне, что в архивах нет пыли! Всё равно не поверю!
– Не верь. И иди к Киру. Наслаждайтесь, пока можно.
Подруга внимательно прищурилась.
– Ты так странно это сказала. Начинает чувствоваться, что ты – маг.
– Становлюсь высокомерной? – пошутила я.
– Слишком серьёзной. Словно на тебе лежит ответственность за целый мир… Ладно, я побежала!
Я ещё держала визион в руке, когда рядом возник Ксан. Оглядел меня, вопросительно вскинул бровь.
– Лери сказала, что я становлюсь слишком ответственной, – пояснила с улыбкой.
Он понял. Хмыкнул.
– Тут станешь. Идём обратно в хранилище.
Комнаты встретили нас настороженной тишиной. Ксан достал ключи, повертел в руках.
– Какие предположения? – поинтересовался он.
– Давай порассуждаем. С помощью этих ключей отравитель проник в дом моего отца. Соответственно, они принадлежали убийце.
– Сали могла прицепить магический ключ позже.
– Пусть это будет второй версией.
Ксан задумался.
– Эля, а что, если… На кражу эстрола натолкнула похожая кража? Которая произошла когда-то давно? И совершил её не наш убийца, а некто, кого убийца потом шантажировал? Мол, ты же уже один раз сделал дубликат ключа, что тебе стоит повторить.
– Нет, – уверенно возразила я. – Ключ от шкафа с эстролом убийца подделал сам. Сали никогда бы не позволила выкрасть яд из хранилища Университета, тем более – отравить им моего отца. Отравитель действовал самостоятельно. Он знал об эстроле, имел доступ в хранилище и как-то умудрился скопировать ключ из сейфа ректора.
– Сейф ректора открывается только аурой ректора, – задумчиво протянул Ксан.
– Ректор Университета периодически меняется, – напомнила я. – На этот случай должно быть что-то предусмотрено.
– Надо уточнить у Грола, существует ли универсальный ключ. Итак: что в коллекции хранилища может представлять ценность для вора? За исключением, конечно, всяких золотых слитков и алмазов величиной с перепелиное яйцо. Красть их бессмысленно, продать невозможно.
Мы обменялись долгим взглядом и одновременно выдохнули:
– Стимуляторы?!
– Дико, конечно, надеяться что за столько лет защиту не обновляли, но надо проверить, – Ксан направился в глубь хранилища.
Эта комната охранялась так же строго, как и отделение с ядами. Усиленная заклинаниями дверь пропустила нас к большому шкафу вдоль стены. Стимуляторы выглядели словно застывшие капельки подкрашенной воды: крошечные бирюзовые горошинки диаметром с четверть ри.
– Может, и не обновляли, – я старательно исследовала охранный контур. – Посмотри, какие мощные здесь заклинания! Скорее всего, их накладывал ещё элар Ройм, последний бирюзовый архимаг Ларии. Каждый следующий ректор уступал ему по силе. Глупо снимать контур, чтобы поставить более слабую защиту.