| "Gentlemen," said Aramis, "the principal question is not to know which of our four lackeys is the most discreet, the most strong, the most clever, or the most brave; the principal thing is to know which loves money the best." | - Г оспода, - заговорил Арамис, - главное, что нам нужно знать, - это вовсе не то, кто из наших четырех слуг всего скромнее, сильнее, изворотливее и храбрее; глазное - кто из них больше всех любит деньги. |
| "What Aramis says is very sensible," replied Athos; "we must speculate upon the faults of people, and not upon their virtues. | - Весьма мудрое замечание, - сказал Атос, - надо рассчитывать на пороки людей, а не на их добродетели. |
| Monsieur Abbe, you are a great moralist." | Господин аббат, вы великий нравоучитель! |
| "Doubtless," said Aramis, "for we not only require to be well served in order to succeed, but moreover, not to fail; for in case of failure, heads are in question, not for our lackeys-" | - Разумеется, это главное, - продолжал Арамис. -Нам нужны надежные исполнители наших поручений не только для того, чтобы добиться успеха, но также и для того, чтобы не потерпеть неудачи. Ведь в случае неудачи ответит своей головой не слуга... |
| "Speak lower, Aramis," said Athos. | - Говорите тише, Арамис! - остановил его Атос. |
| "That's wise-not for the lackeys," resumed Aramis, "but for the master-for the masters, we may say. | - Вы правы... Не слуга, а господин и даже господа! |
| Are our lackeys sufficiently devoted to us to risk their lives for us? | Так ли нам преданны наши слуги, чтобы ради нас подвергать опасности свою жизнь? |
| No." | Нет. |
| "My faith," said d'Artagnan. "I would almost answer for Planchet." | - Честное слово, я почти ручаюсь за Планше, -возразил д'Артаньян. |
| "Well, my dear friend, add to his natural devotedness a good sum of money, and then, instead of answering for him once, answer for him twice." | - Так вот, милый друг, прибавьте к его бескорыстной преданности изрядное количество денег, что даст ему некоторый достаток, и тогда вы можете ручаться за него вдвойне. |
| "Why, good God! you will be deceived just the same," said Athos, who was an optimist when things were concerned, and a pessimist when men were in question. | - И все-таки вас обманут, - сказал Атос, который был оптимистом, когда дело шло о вещах, и пессимистом, когда речь шла о людях. |
| "They will promise everything for the sake of the money, and on the road fear will prevent them from acting. | - Они пообещают все, чтобы получить деньги, а в дороге страх помешает им действовать. |
| Once taken, they will be pressed; when pressed, they will confess everything. | Как только их поймают - их прижмут, а прижатые, они во всем сознаются. |
| What the devil! we are not children. | Ведь мы не дети, черт возьми! |
| To reach England"-Athos lowered his voice-"all France, covered with spies and creatures of the cardinal, must be crossed. | Чтобы попасть в Англию, - Атос понизил голос, -надо проехать всю Францию, которая кишит шпионами и ставленниками кардинала. |
| A passport for embarkation must be obtained; and the party must be acquainted with English in order to ask the way to London. | Чтобы сесть на корабль, надо иметь пропуск. А чтобы найти дорогу в Лондон, надо уметь говорить по-английски. |
| Really, I think the thing very difficult." | По-моему, дело это очень трудное. |
