| "Well, but then you will not be able to fulfill your commission," said d'Artagnan. | - Но тогда ты не сможешь выполнить поручение, -возразил д'Артаньян. |
| "You will give me a copy this evening, which I shall know by heart tomorrow." | - Дайте мне сегодня вечером копию письма, и завтра я буду знать его наизусть. |
| D'Artagnan looked at his friends, as if to say, | Д'Артаньян посмотрел на своих друзей, словно желая сказать: |
| "Well, what did I tell you?" | "Ну что? Правду я вам говорил?" |
| "Now," continued he, addressing Planchet, "you have eight days to get an interview with Lord de Winter; you have eight days to return-in all sixteen days. | - Знай, - продолжал он, обращаясь к Планше, -тебе дается восемь дней на то, чтобы добраться к лорду Винтеру, и восемь дней на обратный путь, итого шестнадцать дней. |
| If, on the sixteenth day after your departure, at eight o'clock in the evening you are not here, no money-even if it be but five minutes past eight." | Если на шестнадцатый день после твоего отъезда, в восемь часов вечера, ты не приедешь, то не получишь остальных денег, даже если бы ты явился в пять минут девятого. |
| "Then, monsieur," said Planchet, "you must buy me a watch." | - В таком случае, купите мне, сударь, часы, -попросил Планше. |
| "Take this," said Athos, with his usual careless generosity, giving him his own, "and be a good lad. | - Возьми вот эти, - сказал Атос, со свойственной ему беспечной щедростью отдавая Планше свои часы, - и будь молодцом. |
| Remember, if you talk, if you babble, if you get drunk, you risk your master's head, who has so much confidence in your fidelity, and who answers for you. | Помни: если ты разоткровенничаешься, если ты проболтаешься или прошатаешься где-нибудь, ты погубишь своего господина, который так уверен в твоей преданности, что поручился нам за тебя. |
| But remember, also, that if by your fault any evil happens to d'Artagnan, I will find you, wherever you may be, for the purpose of ripping up your belly." | И помни еще: если по твоей вине случится какое-нибудь несчастье с д'Артаньяном, я всюду найду тебя, чтобы распороть тебе живот! |
| "Oh, monsieur!" said Planchet, humiliated by the suspicion, and moreover, terrified at the calm air of the Musketeer. | - Эх, сударь! - произнес Планше, обиженный подозрением и к тому же испуганный невозмутимым видом мушкетера. |
| "And I," said Porthos, rolling his large eyes, "remember, I will skin you alive." | - А я, - сказал Портос, свирепо вращая глазами, -сдеру с тебя живого шкуру! |
| "Ah, monsieur!" | - Ах, сударь! |
| "And I," said Aramis, with his soft, melodius voice, "remember that I will roast you at a slow fire, like a savage." | - А я, - сказал Арамис своим кротким, мелодичным голосом, - сожгу тебя на медленном огне по способу дикарей, запомни это! |
| "Ah, monsieur!" | - Ох, сударь! |
| Planchet began to weep. We will not venture to say whether it was from terror created by the threats or from tenderness at seeing four friends so closely united. | И Планше заплакал; мы не сумеем сказать, было ли то от страха, внушенного ему этими угрозами, или от умиления при виде столь тесной дружбы четырех друзей. |
| D'Artagnan took his hand. | Д'Артаньян пожал ему руку и обнял его. |
| "See, Planchet," said he, "these gentlemen only say this out of affection for me, but at bottom they all like you." | - Видишь ли, Планше, - сказал он ему, - эти господа говорят тебе все это из чувства привязанности ко мне, но, в сущности, они тебя любят. |
