Я: Как Адам? Весь в восхищении?
Скарлетт: Надо думать. У него новое обострение угрей. Прямо весь расцвел пышным цветом. Еле сдержалась, чтобы не повыдавливать их ногтями.
Я: Фу…
Скарлетт: Жалко, это не идет в зачет общественно полезной внешкольной деятельности.
Да, признаюсь честно, я сделала скриншот. Четыре беседы одновременно. Четверо разных людей, которым есть что мне сказать. Один разговор о работе, второй — о школьном проекте, третий — со Скарлетт, которая не считается, и четвертый — с кем-то, кого я не знаю, но все равно это приятно. Это доказывает, что, возможно, у меня вновь началось что-то похожее на настоящую жизнь.
КН: три правды о себе с утра пораньше: (1) я боюсь летать на самолетах, ненавижу полеты, люди не созданы для того, чтобы летать.
Я: Я не люблю летать на самолетах, но ОБОЖАЮ аэропорты. Отличное место для наблюдений за людьми.
КН: лучшие встречи и прощания.
Я: Точно.
КН: (2) я два года был вегетарианцем, в 8 и 9 классе, но потом перестал, потому что: бекон.
Я: Да! Бекон!
КН: (3) я трачу слишком много времени на видеоигры, а ты?
Я: Я не играю в видеоигры.
КН: в смысле, теперь твоя очередь, твои три правды.
Я: Хорошо. (1) Я не люблю овощи, но не могу устоять перед брюссельской капустой.
КН: да! с беконом!
Я: (2) Я стопроцентная сова. По утрам я никакая. Почему уроки должны начинаться так рано? ПОЧЕМУ?
КН: сейчас нет и восьми, я польщен, что ты нашла в себе силы поговорить со мной в такой ранний час.
Я: Три чашки кофе. Глория варит крепчайший кофе. Я тебе рассказывала о Глории?
КН:?
Я: Домработница у мачехи. Поначалу я отнеслась к ней скептически. Я не привыкла, когда все делают за меня. Никому не рассказывай, но теперь мне даже нравится.
КН: самостоятельность сильно переоценивают, как и умение заполнять бланки в прачечной, хотя это, конечно, высший пилотаж.
Я: (3) Я левша, но лет в 12 решила переучиться на правшу, и теперь я вроде как амбидекстр. Но потом я подумала, что быть левшой круче, так что три месяца упорных занятий были потрачены зря.
КН: я правша, всегда и во всем. ВСЕГДА И ВО ВСЕМ.
Я: Это была попытка скаламбурить?
КН: употребление слова «попытка» предполагает, что попытка не удалась?
Я: #каламбурнеудался
КН: я повторил про себя слово «каламбур» раз двадцать, пока оно не превратилось в бессмысленный набор букв, каламбур, каламбур, каламбур, каламбур.
Я: Слово испорчено для меня навсегда.
КН: каламбур протух.
Я: Ты больной.
КН: да! на всю голову, хорошо, что ты поняла это уже сейчас.
— Это всего лишь секс. Мне вообще непонятно, почему все так носятся с этим сексом? — Агнес валяется на кровати Дри. Она переворачивается на спину и свешивает голову через край, так что челка падает вниз, открывая лоб.
Лоб у нее высоковат. Похоже, она носит челку не только потому, что это модно, но и из чисто тактических соображений. Сейчас вечер пятницы, и я провожу его не дома в компании «Гарри Поттера», а в гостях у подружки. Ем чипсы из большого пакета, листаю прошлогодний альбом СШВВ, болтаю с Дри и Агнес, как будто это обычное дело. Как будто я именно так всегда и провожу выходные. Начав слегка напрягаться, что Агнес не особенно радует мое присутствие, я напоминаю себе, что меня пригласила Дри и даже добавила: «Да ладно тебе, мымра», — когда я сказала, что, наверное, не приду, потому что мне надо заниматься. Я решила истолковать «мымру» как дружеское обращение.
— С каких это пор ты у нас знаток секса? — Дри швыряет в Агнес подушку. — Я твоему мнению не доверяю. Технически ты еще девственница.
— Нет! Как раз технически уже не девственница. — Агнес изображает притворное негодование.
Они с Дри похожи на пожилую семейную пару, для которой этот спор не в новинку, и им, в общем-то, все равно, кто окажется прав. Важен не результат, а процесс.
— Что значит «технически»? — Я оборачиваюсь к Агнес. — Только не говори, что ты из тех извращенок, для которых считается… ну, типа… э… оральный секс.
— Конечно нет. Все, как положено, с проникновением. Пусть и не до конца, но все равно… — Агнес хихикает. — Это считается. Определенно считается.
Я тоже смеюсь, хотя не совсем понимаю, что она хочет сказать.
— Что значит не до конца?
— В смысле, Агнес отделалась легким испугом и половинчатым проникновением. Она у нас полупробитая.
— Полупробитая! Ну, ты и скажешь! — Агнес хохочет, и уже очень скоро мы все втроем воем от смеха.
— Я все равно не врубаюсь, — говорю я, отсмеявшись. — Расскажи поподробнее.
