Танец закончился, и Саймон провел девушку к ее столику. Кажется, он даже поцеловал ей руку. За это Синди не мог поручиться, потому что сосредоточился на коктейле и что-то весело и нервно говорил Металлу. Металл улыбался, но взгляд у него был настороженный. Мелкий затих. Пель внезапно под столом быстро пожала руку Синди и отпустила, Синди даже подумал сперва, что ему показалось.
Саймон вернулся за столик. Он улыбался, как ни в чем не бывало, но Синди снова чувствовал между ними тонкую, но прочную преграду. Он мог бы и сорваться, если бы не Металл, все всегда понимающий, добрый, надежный Металл, который взял на себя все, от оплаты за ужин до поддержания разговора. Как всегда, в трудную минуту оказалось, что на него стоит положиться и все будет хорошо. Но все же Синди был рад, когда ужин закончился.
В ночном Стиллуотере преобладали голубой, черный и белый цвета, изредка разбавляемые цветными пятнами реклам. От подсветки рябило в глазах, и Синди подумал, что создатели «города будущего» перестарались, когда украшали его. Впрочем, сейчас его раздражало все, и у Стиллуотера не было шансов понравиться ему. Разумеется, городу до этого не было дела.
В номере дело обстояло не лучше. Слишком тонкие ковры, слишком яркий свет, слишком узкие двери… В итоге Саймон не выдержал:
— Здесь точно Синди Блэк или мне подсунули кибера?!
Синди задрал подбородок.
— А чем тебе плох такой вариант?
— И то верно. Может, у кибера есть кнопка «выключить нытье».
— Ну, так пользуйся случаем, пока ты здесь! — выплюнул Синди. — Закажи последнюю модель и жми на любые кнопки.
— Тебя укусила бешеная муха или это ПМС? Какого хуя я должен это слушать?
— Да ничего ты не должен. Можешь не слушать, а найти себе занятие получше. Ты наверняка не натанцевался. Может, та девица согласится еще на пару-тройку танцев. Приватно.
— Вот оно что, — протянул Саймон и усмехнулся. — Это ты вовремя вспомнил, что я ничего не должен. Однако странно как-то получается, а? Когда ты танцуешь с Квентином — это искусство, а когда я с фотографом — это разврат. Где логика?
— Я хотя бы не хватаю Квентина за задницу, не мурлычу ему ничего в ухо и не облизываю ему руки.
— Не дотянулся?
Синди вспыхнул, однако в пределах досягаемости никакой посуды не было, поэтому он молча развернулся, оставляя поле битвы за Саймоном. Однако победитель не оставил его в покое.
— Если тебе обидно, что за задницу не схватили, то я могу это исправить…
Саймон развернул Синди к себе, и тому захотелось ни о чем не думать, а снова принять правила игры. Саймон был явно настроен игриво, у них могла быть отличная ночь на новом месте, в этом странном городе, льющем в окна отеля бело-голубые льдистые лучи. Можно было бы забыться в его руках, отпустить себя и ничего не бояться.
А потом было бы утро, и Саймон с той же легкостью отправился к кому-то еще. Потому что он никому и ничего не был должен. Разве что Смиту по контракту. А никак не Синди, который возомнил себе, что у него есть исключительные права на общество своего любовника.
— Я не хочу, — сказал Синди и отвел глаза.
Саймон всмотрелся в его лицо и убрал руки.
— Да пожалуйста, — только и сказал он и вышел. Хлопнула дверь. Ночь они провели в разных номерах.
Первые гастроли должны были быть незабываемыми. Что ж, Синди не сомневался, что запомнит этот кошмар надолго. Точнее, он запоминал не то, что следовало бы, зато в памяти отпечатывалось худшее за всю поездку. Он помнил, как в день концерта они с Саймоном не разговаривали, изредка перебрасываясь короткими фразами по делу. Остальные в их обществе молчали, как пришибленные. Над группой словно повисло громадное облако, готовое в любую минуту лопнуть и обрушить на их головы град или молнии. Мелкий смотрел куда-то в сторону, может быть, он чувствовал себя виноватым. Лицо Металла было непроницаемым, но изредка он смотрел на Синди, как удивленный ребенок, как будто не понимал, за что тот наказывает себя и других. Смит пытался вести себя, как ни в чем не бывало, и от этого все только острее чувствовали сковавшее группу напряжение. Одна Пель умудрялась вести себя так, словно ничего не произошло.
Все это Синди помнил. А вот концерт — как отрезало. Было и было. Кажется, все прошло успешно. Во всяком случае, публика их не освистала.
Традиционного отмечания в этот раз не получилось, хотя Смит и пытался его организовать. От его вымученной жизнерадостности у Синди сводило челюсть. Впрочем, остальные тоже чувствовали себя неловко. Саймон, не сказав никому ни слова, ушел в ночь. Синди не сомневался в его способности найти себе компанию. Металл заявил, что собирается выспаться до отлета. Пель осталась в баре их отеля с чашкой чая и какой-то книгой.
