— Ты чего? — спросил Лиу, когда Синди подпрыгнул из-за пришедшего сообщения.
— Так… показалось… — вздохнул Синди.
— А еще говорят, что прогулки успокаивают, — покачал головой альбинос.
На второй день Синди немного успокоился — никакие призраки прошлого не спешили догонять его. Больше всего Синди хотелось счесть прошлый разговор дурацкой шуткой менеджера, но Джон никогда не был любителем розыгрышей.
«Может, еще обойдется», — думал Синди тоскливо.
Не обошлось, и роковой звонок застал Синди в гостях, когда вечеринка как раз дошла до той стадии, когда можно скидывать гостей в бассейн и танцевать на столе.
— Синди, — сказал Джон с экрана, — тут наша дама. Та самая. Переключить на тебя или ты передумал?
«Я передумал!»
— Переключи, — велел Синди, с которого мгновенно слетело опьянение. — Только через три минуты — тут шумно, я отойду.
Он поймал за шелковый шарф хозяина дома, который сосредоточенно наливал джин в цветочный горшок.
— Пей до дна!
— Арчи, — сказал Синди, — у тебя найдется тихая комната, чтобы я мог спокойно поговорить?
— Для тебя, моя радость, что угодно! — провозгласил Арчи и потащил его на второй этаж. Синди механически улыбнулся ему.
После гула вечеринки тишина гостевой спальни упала на него, как мягкое одеяло. Синди зачем-то снял комм с руки и положил на тумбочку, а сам сел на стул и стал смотреть на экран.
«Это не может быть она. Это какая-нибудь сумасшедшая. Не может…»
Комм завибрировал — Джон был точен и перенаправил вызов через три минуты ровно.
«Это не может быть…»
Изображение долго не могло стабилизироваться — межпланетные переговоры, да еще перенаправленный вызов… Наконец, картинка стала четкой — и Синди понял, что прошлое не пропало никуда.
— Здравствуй, мама, — помертвевшими губами сказал Синди.
— Синди, — ответила Алисия Терренс.
Она не располнела с возрастом — наоборот, немного высохла. Спину она до сих пор держала абсолютно прямой, зато обрезала и покрасила волосы, скрывая первую седину. А вот гордое непреклонное выражение с лица пропало, сменившись усталостью, и сильнее стали заметны носогубные складки. Синди понадобилось несколько секунд, чтобы привести свои детские воспоминания в соответствие с реальностью.
— Мама, как это, — разлепил он губы, чтобы хоть что-то сказать, — какие-то звонки с левых номеров, мой менеджер сказал…
— Он блокировал каждый новый номер, — кивнула Алисия. — Пришлось просить позвонить у знакомых. Потом и номера знакомых кончились, я перепрошила домашний комм…
Меньше всего Синди были нужны технические подробности.
— Я не об этом мама! — воскликнул он. — Что это вообще?! Зачем?! Как тебя отец не прибил за эти звонки?!
— Роберт умер шесть лет назад. Инфаркт.
Синди не любил отца. Слишком живо помнил, как Роберт брезгливо смотрел на него, а потом швырнул в комнату и запер дверь. Никогда не хотел видеть ни его, ни мать. Но теперь, узнав о его смерти, Синди был потрясен мыслью, что никогда теперь не сможет доказать что-то отцу, даже если захочет. Они никогда не помирятся, Синди до последнего мига оставался для отца позором семьи, а отец запомнится Синди красным от гнева. Невозможность ничего изменить подавляла.
— Синди, — сказала Алисия, потому что он молчал, — я так тобой горжусь…
Мать нашла единственные слова, которые привели сына в чувство. Синди взвился со стула, как укушенный.
— Гордишься, мама?! Легко гордиться, когда сын знаменит, успешен и богат! А когда ему пятнадцать, он в твоих туфлях и молотит в дверь, чтобы его выпустили — не пробовала гордиться?! А когда он шляется по Анатару без денег и еды — не пробовала? Зато когда он возвращается из гастрольного тура, можно и погордиться и даже простить, что он трансвестит!
Синди сделал несколько кругов по комнате, выдохся и снова упал на стул, злой, взъерошенный, красный от злости. Алисия смотрела на него, и губы у нее дрожали.
— Когда мы увидели, что ты исчез, — тихо заговорила она, — мы пошли в полицию. Те перевернули город. Тебя видели на улице, но никто не знал, куда ты мог пойти. Потом… потом нашли в реке твою сумку. Обыскали всю реку, осмотрели берега, куда тебя могло выбросить, но тела не нашли. Я не верила, что ты умер. Я надеялась…
Она сделала паузу, сглотнула и продолжила.
— Потом кто-то вспомнил, что вроде бы видел тебя в районе вокзала. Опросили весь персонал, и одна из проводниц узнала твое фото. Так выяснилось, что ты сбежал в Анатар. В полицию Анатара послали твое описание и фото… но ничего не произошло. Я ждала каждый день. Мы не знали, жив ли ты, не попал ли к каким-нибудь негодяям или в больницу… Но я верила, что ты сумеешь подняться. И вот… убедилась.
Синди молчал и кусал губы. Он не задумывался, что происходило в Вейцере после его исчезновения, и не предполагал, что его родители поставят на уши весь город. Он просто вычеркнул Вейцер из памяти — никогда не думал вернуться к семье, никогда не узнавал, как они жили без него. И вот, прошлое, от которого он так долго бегал, вернулось.
— Мама, — услышал он вдруг детский голос, — я пошла гулять!
— Иди, Энжи, — торопливо кивнула кому-то Алисия.
— Мама? — вкрадчиво поинтересовался Синди.
