Зато ни к чему, кроме уборки, на кухне его было подпускать нельзя. У Мартина оказался прямо-таки антиталант к готовке, с которым могла сравниться только неспособность к этому делу Фредди. Поэтому от плиты Синди его решительно оттеснил, да Мартин и не настаивал, прекрасно понимая: результатами дела его рук людей кормить нельзя. Зато он часто мыл посуду и бегал за продуктами. В общем, по всему выходило, что семейство получило в свои стройные ряды нового члена.
А вот в поисках работы ему не везло. Мартин исправно просматривал объявления, бегал на собеседования, но то ли из-за манеры себя вести, то ли из-за невезения, места не получал. Он явно стеснялся того, что вынужден брать деньги у Фредди и других, и старался отрабатывать их хотя бы домашними делами. Кроме того, время от времени он повторял, что все вернет, когда Саймон снова будет в городе. Синди опасался, что появление лидера «Черной Луны» стало для Мартина навязчивой идеей, и когда Саймон Блик вернется, а чуда не случится, новый друг впадет в депрессию. Однако гастроли группы продолжались, продолжались и рассказы Мартина.
— Он ведь знает, что я в Анатаре, — говорил он как-то, сидя на подоконнике на кухне и болтая ногами, пока Синди возился с ужином. — Брайан… Брайан переехал в прошлом году, и нового адреса я не знал. Вот и пошел к Саймону. Он в шоке был, конечно… Я у него день провел, новый адрес узнал и к Брайану поехал…
При упоминании о бывшем любовнике он все еще запинался и грустнел, но хотя бы не впадал в мрачное настроение на весь день.
— Ты мне его напоминаешь, — продолжал Мартин.
— Брайана? — чуть не поперхнулся Синди.
— Да нет, Саймона.
— Я польщен, — пробормотал Синди, пробуя суп и пытаясь понять, нужны ли еще приправы. Он решительно не знал, что общего может быть у скандальной рок-звезды и у него, танцора в дешевом клубе. Внешнее сходство тоже отпадало: судя по фото в сети, Саймон был загорел и беловолос, так что Синди скорее напоминал его негатив.
Домашние отнеслись к рассказам Мартина, как и Синди, — без особого доверия. Походило, что побитый жизнью парень придумал себе знакомство с певцом, как дети придумывают воображаемых друзей. И хорошо еще, что выбрал недавно появившегося на сцене Саймона, а не кого-то из знаменитостей галактического масштаба. Только Джу отнеслась к известию об этой странной дружбе с воодушевлением. Она обожала «Черную Луну» и не раз говорила, что их песни в полной мере отражают реальность.
— Ты меня познакомишь? Познакомишь ведь? — теребила она Мартина. Тот с улыбкой соглашался. При упоминании Саймона Блика он вообще часто улыбался, так что Синди не был уверен, что расставание с грезами пойдет ему на пользу. Другие считали иначе.
— Зачем ты к нему лезешь с этим знакомством? — спросил однажды Тим у Джу. — Ты думала, что будет, когда вскроется правда?
— Скучный ты человек, Тим, — отмахнулась Джу. — Ты даже на миг не можешь себе представить, что это может быть правдой! У Блэка нахватался его цинизма?
Тим пожал плечами и отстал от нее. Однако в реальности рассказа Мартина по-прежнему была уверена только Джу.
Больше всего Синди любил отдыхать в утренние часы, когда его друзья расходились по делам, а он, ведущий ночной образ жизни, возвращался с работы и падал спать. Вот и сейчас танцор пришел домой и, даже не переодевшись, только смыв боевую раскраску, забрался в гамак и собрался хорошенько выспаться.
Стоило ему задремать и уже начать смотреть первый сон, как в дверь позвонили. Синди, вырванный из блаженного состояния, тихо зарычал и отправился в коридор.
«Если это Тим опять что-нибудь забыл — убью!» — подумал он, открывая.
Однако за дверью оказался не Тим. В подъезде царила темнота, и в ней Синди кое-как разглядел силуэт высокого мужчины в шляпе.
— Дурь здесь? — спросил незнакомец.
— Таким не балуемся, — отрезал Синди и попытался захлопнуть дверь, но незваный гость ловко придержал ее ногой. Синди уже в панике огляделся, думая, чем можно ударить настырного наркомана, который был его выше и шире в плечах, но тут незнакомец пояснил:
— Я имею в виду Мартина по прозвищу Дурь.
— Так бы и сказал, — пробормотал сбитый с толку Синди, а неизвестный уже оттеснил его с дороги и шагнул в прихожую. Лампа осветила его лицо, и тут Синди узнал.
— Твою мать, — только и сказал он, отступая на шаг.
Саймон Блик улыбнулся. Кажется, такая реакция его позабавила и польстила самолюбию звезды. Он снял шляпу и эффектным жестом отправил ее в полет до полки, где лежала груда шарфов и перчаток — до коридора чистоплотный Мартин еще не добрался. Шляпа продержалась на этой груде секунду и свалилась вниз.
— Вот блин, — развел руками Саймон, поднял несчастный предмет с пола и отряхнул.
— Так Мартин не врал?.. — вырвалось у Синди.
— Дурь никогда не врет, — кивнул гость. — Фантазирует иногда, но врать не будет. Кстати… ээээ… чудо, ты в курсе, куда он отправился?
— Говорил, что у него собеседование утром, — пробормотал Синди. — Должен к обеду вернуться.
