– Ты довольна полами? – поинтересовался Уэйд.
– Очень.
– А поцелуями?
– И ими тоже.
Его темные глаза весело блеснули.
– Хочешь как-нибудь повторить?
– Уговори меня.
– Как насчет ужина?
– Почему бы нет.
– У Кэрри на следующей неделе какие-то школьные дела. Может, сразу после этого?
– Звучит неплохо!
Дина отнесла стопку белья в спальню и бросила на кровать. После нервного срыва на прошлой неделе она то испытывала прилив надежды, то решала, что никто не станет скучать по ней, исчезни она внезапно. Душевные метания не успокаивали, но лучше они, чем все время чувствовать себя несчастной.
Она начала складывать полотенца в аккуратную стопку, хотя и задавалась вопросом, зачем это нужно. Ее детей вряд ли заботило, что белье в шкафу рассортировано и уложено по цвету, и она подозревала, что Колин запросто мог неделями пользоваться одним и тем же полотенцем. Никто не замечал, какие усилия она прилагала, и это было…
Дина бросила полотенце обратно на кровать и вышла из спальни. Оказавшись в коридоре, открыла дверцу бельевого шкафа и уставилась на аккуратные стопки. Они этого не замечали. Им было все равно. Так для кого же она это делала? Зачем тратила столько времени и сил? Если для себя самой, чтобы почувствовать радость и удовлетворение, тогда понятно. Но если она делала это, чтобы получить похвалу, неудивительно, что ее всегда ждало горькое разочарование.
Она стояла в коридоре, почти ожидая, что сейчас запоет хор. Разве не так бывает в фильмах, когда у персонажей случается прозрение? По крайней мере, там должна быть фоновая музыка. Дина начала спускаться по лестнице и увидела поднимающуюся наверх Люси.
– Дорогая, ты не присмотришь пару минут за сестрами? Мне нужно пойти к Бостон и кое-что спросить.
Люси уставилась на нее.
– Я?
– Конечно. Ты такая ответственная, а близняшки хорошо играют вместе. Вы втроем часами играете на улице. Думаю, это следующий шаг. Если вдруг что-нибудь случится, прибегай к соседке, хорошо?
Люси улыбнулась.
– Я смогу, мама. Присмотрю за ними.
– Хорошая девочка.
Дина направилась к входной двери и поспешила по тротуару. Взбежала по ступенькам крыльца в дом Бостон и позвонила в звонок.
– Я веду себя как заноза, – начала она, когда женщина открыла дверь, – знаю. Но мне нужно тебя кое о чем спросить.
Бостон пригласила ее войти.
– Ты вовсе не ведешь себя как заноза.
– Явилась в гости без приглашения. Я бы сочла, что это и значит быть занозой.
Дина замолчала, не зная, как поделикатнее задать вопрос. Потом сообразила, что Бостон видела ее в слезах и соплях. У нее осталось не так уж много гордости.
– Как ты думаешь, смогу ли я снова соблазнить Колина? Мы не спим вместе уже несколько месяцев. Я не уверена, что он все еще хочет меня, но не знаю, что еще сделать.
Она сразу же захотела вернуть свои слова назад, но в то же время была полна решимости стоять на своем.
Выражение лица Бостон сменилось с озабоченного на удивленное, а затем в нем мелькнуло что-то, чего Дина не смогла понять.
– Я не тот человек, который может дать тебе совет, – сказала Бостон.
– Конечно, тот. Ты ведь живешь с одним и тем же парнем с девятнадцати лет.
– С пятнадцати.
– Ты блаженно счастлива. Я вижу, как вы все время обнимаетесь и целуетесь.
Дина не стала говорить, что обычно считала публичные проявления чувств раздражающими и ясно давала это понять. Теперь, думая о том, как Зик смотрит на свою жену, она ощущала легкую зависть. Смотрел ли Колин когда-нибудь так на нее?
Бостон провела ее на кухню, где они обе устроились на табуретах.
– Секс решит твою проблему?
– Не знаю. Я не совсем понимаю, в чем именно проблема. Думаю, дело в том, что я не очень нравлюсь Колину. Или он думает, что он мне не нравится.
– А он тебе нравится? Ты счастлива в браке?
– Что такое счастье? У меня есть обязанности. Я их выполняю, забочусь о семье.
– Может, он хочет быть не только тем, о ком ты заботишься.
Дина изо всех сил старалась не выглядеть нетерпеливой. Но получалось плохо. Невозможно было проникнуть в голову Колина и что-нибудь выяснить. Она хотела, чтобы все вернулось на круги своя. Но именно этого он и не хотел, поняла она.
– Колин говорит, что я не хочу, чтобы он проводил время с девочками. Что мне нужно, чтобы все было по-моему.
– Это правда?
– Конечно, нет.
Бостон улыбнулась.
– В самом деле?
– Ладно, у меня есть своя система, и меня раздражает, когда он ее игнорирует. Есть причина, по которой я складываю полотенца определенным образом и заполняю посудомоечную машину тарелками, разворачивая их к центру. Это более эффективно. Это облегчает жизнь. Я выкладываюсь по полной, чтобы все организовать, а он приходит и все портит.
Дина услышала собственные слова и поняла: возможно, вот она, часть проблемы. Но почему именно она должна измениться? Секс был бы проще. Если Колин будет счастлив в постели, разве он не будет счастлив вообще?
– Он клянется, что больше ни с кем не спит. Так что он должен хотеть секса, – пробормотала Дина. – Я просто не знаю, как его соблазнить.
– А как ты делала это раньше?
Дина уставилась на соседку.
– Я не понимаю вопроса.
