О системе саморазвития Н. Гоголя говорить можно лишь условно. Почему? Если для Генриха Шлимана выстраивание, создание системы личностного саморазвития было вопросом выживания, жизни и смерти, то для Николая Гоголя система личностного саморазвития была приложением к такому обстоятельству, фактору его жизни как "среда развития". Так уж сложилась жизнь Н. Гоголя, что он от рождения был талантлив, гениален, более или менее материально обеспечен, вхож в высокие властные круги, в круги творческие, что в его жизни не было "семейной катастрофы". "Оставалось" "вызревать", развивать талант в творческих средах: детства, гимназии, в петербургской творческой среде. Переходя из одной в другую. С очень большой долей условности можно сформулировать такой (конечно гиперболизированный) тезис: "Н. Гоголю нужно было не мешать саморазвертываться тому потенциалу, который присутствовал и в нем самом, и в окружающей его творческой среде". Можно предположить, что к такой "участи" Н. Гоголь относился достаточно спокойно, философски, лояльно; вспомним длительные периоды его бездействия, неожиданные всплески творческой активности, когда он, во время заграничной поездки, остановившись в придорожном трактире, заняв столик в стороне, мог внезапно написать целую главу своей поэмы. Сомнения, если таковые появлялись, в жизни и творчестве Н. Гоголя играли весьма значительную роль. Когда творческий процесс совершался и совершался с исключительной быстротой, то времени для особых сомнений просто не оставалось. Появление сомнений было для Н. Гоголя тревожным знаком, побуждающем Н. Гоголя к размышлениям: а не является ли его активность "лишней", "ненужной". (Слушал "стук времени, уходящего в вечность"?)
Характеризуя принцип жизненного движения Максима Горького, Д.Л. Быков пишет: "в какой-то момент в ужасе спрашивал себя: "И это жизнь?! И это на всю жизнь?!" - и шел дальше, пока не зажил наконец той жизнью, для которой был предназначен" [Быков Д.Л.].
Если система личностного саморазвития и не создавалась Максимом Горьким сознательно, если его воля состояла в том, чтобы "идти дальше", то непроизвольно такая система все же складывалась. А сложившись, начинала "работать". В числе его сознательных, отвечающих его внутренним склонностям деяний были такие как "читать" и "писать", "проводить больше времени в кругу талантливых творческих людей или рядом с ними". Так что система саморазвития у Алексея Горького присутствовала. Интересным является упоминание самим М. Горьким одного из качественных скачков, произошедших в его судьбе. Он - еще подросток; ему 12-13 лет, он работает в коллективе взрослых житейски опытных людей. Но у него - отчасти стихийно - сложилась еще не система, а маленькая "системка" самосовершенствования: он грамотен, он много читает, он умеет читать вслух с некоторой выразительностью, он видел много людей, стремился общаться с людьми интересными, необычными; поработав на Волге, он много где побывал. И вот он внезапно осознает, что "незаметно для себя, занял в мастерской какое-то особенное место - рассказчика и чтеца. Я скоро понял, что все эти люди видели и знают меньше меня" (М. Горький "В людях").
"...Все эти люди видели и знают меньше меня" !!!
"В день моих именин мастерская подарила мне маленький, красиво написанный образ Алексия - божия человека, и Жихарев внушительно сказал длинную речь, очень памятную мне" (М. Горький "В людях").
Сдвинемся по хронологической шкале в прошлое; приведем еще более ранний эпизод для объемности изображения:
"Великолепные сказки Пушкина были всего ближе и понятнее мне; прочитав их несколько раз, я уже знал их на память; лягу спать и шепчу стихи, закрыв глаза, пока не усну. Нередко я пересказывал эти сказки денщикам; они, слушая, хохочут, ласково ругаются, Сидоров гладит меня по голове и тихонько говорит:
- Вот славно, а? Ах, господи..." (М. Горький "В людях").
"Не моя вина, если со мною случаются такие диковины, которых еще не случалось ни с кем. Это потому, что я люблю путешествовать и вечно ищу приключений, а вы сидите дома и ничего не видите, кроме четырех стен своей комнаты" (Э. Распэ. Приключения барона Мюнхаузена).
"Системка" дополнялась, превращалась в Систему; таких почти незаметных скачков было много; и вдруг "Начиная с 1900 года тридцатидвухлетний Горький - уже русский классик. Так мало кому в нашей литературе везло" [Быков Д.Л.].
Таким образом, мы можем говорить о системах личностного саморазвития Н. Гоголя и М. Горького: по аналогии с таковой системой, выстроенной Генрихом Шлиманом.
Сопоставление этих систем может оказаться небезынтересным для определенного круга Читателей этой книги.
12.2. МУДРЫЙ ГЁТЕ: ВЕСЫ БЫТИЯ.
