— А никак. Мы даже однояйцевыми близнецами не можем оказаться. Эпигеном и протеом идентичны до последнего нуклеотида. Быстроделящиеся ткани показали, что наши с вами, коллега, мировые линии были расспличены совсем незадолго до прибытия на «Тсурифу-6».
— В каком смысле?
— В прямом. Буквально в момент отлёта с Янсин не было никаких «нас». Был я.
— Или я.
Двойник коротко кивнул, прося прощения за невольную бестактность.
— Или вы.
— А что же корабль? Корабль-то из ниоткуда взяться не мог!
— А вот тут ещё интереснее. Никто не подменял коды транспондеров, они изначально совпадали.
— Были прописаны при первичной загрузке?
— Да. А ещё были набиты все бортовые номера.
— И на прочный корпус?
— На прочный корпус, на двигатели и даже ядро излучателя.
Советник Е послушно выпучил глаза.
— А что на это говорит Квантум?
— Ничего не говорит, как всегда — делает умное лицо и морщит лоб. То есть они понятия не имеют, каким образом вообще можно создать форк излучателя так, чтобы он не оказался квантово-запутанным с оригиналом. Ядра же наших кораблей совершенно независимы.
Тупик. Это был трёпаный тупик.
И тут советник Е встрепенулся.
— А что, если попробовать микропримесевый анализ груза? Вода на Янсин уникальна в зависимости даже от места и времени забора, если же она была погружена на борт, скажем, в ледяных поясах Семи Миров…
Двойник посмотрел в ответ с лёгким презрением. Неужели они и правда полные копии друг друга? Судя по когнитивным проблемам собеседника — ничуть не бывало.
— Я с этого и начал. Воду на борту словно бы из одного резервуара наливали. Причём в один и тот же день, изотопный анализ идентичен по дейтерию и тритию до пятого знака включительно.
Но советник Е, ничуть не смутившись, продолжал:
— Выходит, некто с какими-то невероятными целями проделал следующее: создал копию лихтер-рудовоза «Тэ шесть сотен три», его команды, его нанимателей, его груза, его кволов, транспондеров, ядра и прочего, ошибившись в итоге лишь со временем прибытия?
— По такой логике первыми прибыли мы, потому мы и являемся оригиналом по праву первородства.
— Напротив, нас злонамеренно задержали на разгрузке, чтобы успеть пропихнуть копию вперёд!
Оба замолчали, шумно отдуваясь. Это уже было похоже на начало типичной перепалки обоих Чжанов.
— Простите, коллега, я не хотел вас обидеть.
— Что вы, что вы, это вы меня простите, не сдержался, буду впредь осторожнее в своих высказываниях.
— Но всё-таки, какова может быть цель подобного рода немаленьких усилий? Что такого даёт некоему таинственному организатору всей этой нелепицы присутствие здесь разом двух кораблей и двух команд?
Двойник потеребил бородёнку.
— Я вовсе не уверен, что целью было именно это.
— Вы хотите сказать, в итоге сюда должен был прибыть лишь один из кораблей.
Двойник коротко кивнул.
Советника Е прошиб озноб. Выходит…
— Да, выходит, один из нас должен был погибнуть. Как и один из посланников Чжанов и один из экипажей «трёх шестёрок».
— Но зачем?
Двойник только плечами пожал.
— В теории, это знает один из нас. Но никогда не скажет.
— Или же нас используют вслепую и на самом деле правды не знает никто. Но я не верю, что вы, коллега, способны злонамеренно врать фактически самому себе, да ещё и желать мне смерти.
— Я тоже. Но нам всё-таки необходимо добиться хоть какой-то правды. Хорошо, предположим, что вы не лукавите, коллега, и мы с вами оба одинаково не осведомлены о своей цели здесь. Тогда и подменять нас нет никакого смысла. Мы неразличимы для Вселенной.
— Но при этом вполне различимым фактом является то, что нас стало двое.
— Поясните? — двойник явно заинтересовался.
— Возможно, конечной целью был именно что сам факт одновременного прибытия двух кораблей.
— Но что это меняет?
— А вы не видите? Бедлам с транспондерами начался уже в зоне свободного манёвра. Она же ЗСМ. Но дальше — больше. Переговоры остановлены, участие советника в них, как и других представителей Большой Дюжины, фактически сведено на нет, даже перегрузка воды в баки «Тсурифы» до сих пор не началась, все ищут подвох, которого, возможно, и нет вовсе.
— Подвох, состоящий в отсутствии подвоха? Оригинально мыслите, коллега, — было не очень ясно, ёрничает двойник тем самым или соглашается. — Но что нам теперь с этим знанием делать?
— Для начала — хотя бы попытаться минимизировать ущерб нашей миссии.
— Как вы это себе представляете? Помирить двух посланников путём бросания монетки?
— Почему нет?
— Потому что они на подобное не согласятся, — вздохнул двойник. — К тому же, если предположить, что за всем случившимся всё-таки стоит чья-то злая воля…
— А какие варианты?
— Не перебивайте, коллега, не то я собьюсь. Если предположить, что это правда, то вы только представьте, какими на самом деле безграничными ресурсами должен обладать наш противник? Ну, положим, создать бэкап, не оставляя следов, фактически невозможно, но давайте от простого — у кого хватит мощностей на производство дубликата лихтер-рудовоза в столь сжатые сроки?
— Кроме Порто-Ново? У Конклава Воинов точно есть свои стапеля в достаточных количествах. И они по сути неподконтрольны Семи Мирам.
