— Как я, — язык не поднимался называть себя прежнего «предшественником», — мог от себя самого нечто скрыть? Зачем? Да ещё и намеренно.
— Ну вы же не всё помните?
— Разумеется, бэкапы делаются раз в сутки, часть воспоминаний перед инцидентом с «Тэ шесть сотен три» осталась утраченной.
— Ну так вот, с тем же успехом могли быть вычеркнуты и любые иные воспоминания. Вы не беспокойтесь, я консультировался с погонщиками Синапса, существуют и менее экстремальные способы.
— Экстремальные? — не понял Кабесинья-третий.
— Ну, менее связанные с вашей физической гибелью, — вид у просекьютора при этом был виноватый, и это отдельно раздражало.
— Вы мне забыли объяснить, какого космачьего чёрта мне вдруг понадобилось от самого себя что-то скрывать! — рявкнул Кабесинья-третий.
— Да вы не волнуйтесь, бывает. Иногда по утрам такое вспомнишь, что лучше бы и напрочь забыть. Вы мне скажите, вы вообще с ирнами когда-либо пересекались?
— Никоим боком!
— А вот наша случайная гостья откуда-то вас знает. Причём настолько хорошо, что разом норовит в собственном похищении обвинить.
Кабесинья-третий тряхнул головой, словно пытаясь тем самым избавиться от этого наваждения.
— Ерунда какая-то.
— Ага, — закивал в ответ просекьютор, мы ей так и сказали. Кабесинья, говорим, третий. А вам нужен, наверное, второй. Но её это не успокоило. Требовала срочно доставить её на станцию. Мы уж и так уговаривали, и эдак. Ссылались на карантин и блокаду, отправляли к адмиралу Таугвальдеру, всё без толку.
А, ну да. Уговаривали они. Инкогнито проникшие на «Тсурифу-6» и втайне тут шустрящие просекьюторы Тетиса в чине полного генерала выкрадают, пусть и из лучших побуждений, представителя чужой расы, тут уж особо не навоюешь и просто так на все четыре стороны не отправишь.
— И что в итоге? — Кабесинья-третий задал этот вопрос скорее по инерции, нежели из какого-то действительного интереса. И так всё понятно.
— Ну, мы провели с мисс ирн раунд вежливых, но беспокойных переговоров, после чего предоставили ей безопасный и, так сказать, неформальный маршрут на «Тсурифу-6», минуя блокаду адмирала и официальные таможенные посты. Очень далеко минуя.
— То есть контрабандой.
— Ага. Ею.
Кажется, ему вовсе не было при всём этом за себя стыдно.
— А это дело ой какое хлопотное. Так что часов, скажем, восемь у вас ещё есть. И мой вам совет, воспользуйтесь этим гандикапом по полной.
— И как вы это себе видите?
— Ну, я не знаю, — закатил глаза просекьютор, — обдумайте своё положение, согласуйте с коллегами показания. В конце концов, сделайте свежий бэкап, чтобы впредь не беспокоиться об утерянных воспоминаниях.
— Вы это к чему?
— Она же ирн, — просекьютор задумчиво помял собственную челюсть, как будто та вдруг отчаянным образом заныла. — От них чего угодно можно ожидать.
Ясно. Точнее, ни космачьего черта тут не ясно.
— Я могу идти?
— В смысле? — просекьютор на секунду задумался. — А-а, — протянул он, — понял. Да, в общем, я вас больше не задерживаю. Только прошу вас, будьте настороже.
— В каком конкретно смысле?
— В самом прямом. Я бы на вашем месте крепко призадумался, что же на самом деле привело к гибели вашего предшественника.
Опять это дурацкое слово!
— Это был несчастный случай, вы вроде были в курсе, просекьютор.
— Может и несчастный, а может и счастливый. Только вы имеете дело с расой, которая не очень-то склонна прощать чужие ошибки. И вы вполне могли сподобиться столь изощрённым способом попытаться устроить себе банальное алиби.
Алиби? Ещё одно дурацкое слово.
— Вы темните, просекьютор, и я всё ещё не понимаю, зачем вы-то в это всё лезете.
— Я вам и так рассказал больше, чем следовало. Кто предупреждён, тот вооружён. Дерзайте, воспользуйтесь шансом и, глядишь, переживёте этот кризис, а не как в прошлый раз.
С этими словами аватар просекьютора исчез, а морок вокруг рассеялся.
Ловко, ничего не скажешь.
Кабесинья-третий обнаружил себя вертящим головой посреди пустого коридора станции. Вот ведь в глупое его положение поставил генерал Даффи, или как его там.
С другой стороны, и не соврал ведь. Обещал, что всё это к его же, Кабесиньи-третьего, вящему интересу, ну так и получите.
Прислонившись к переборке, оператор задумался. Его вновь поглощало непривычно зыбкое ощущение затягивающей трясины. Ещё пару минут назад главной проблемой в его жизни была парочка буйных мичманов Златовичей. А что теперь?
С небесных хлябей на него свалились ирны, а за его действиями, оказывается, пристально следят просекьюторы межпланетной журидикатуры, попутно обвиняя его в утаивании неких мутных секретов от самого себя. Прелестно.
Стараясь не скрежетать зубами, Кабесинья-третий с тоской поглядел на список встреч на сегодня и тут же решительным движением их все отменил, сославшись на личные обстоятельства. Нужно возвращаться в каюту и готовиться к столь замысловато анонсированному визиту. Не то чтобы он так уж жаждал, особенно учитывая обстоятельства, иметь дело с ирнами, но тут у него, по всей видимости, выбора особого и не было.
А вот в чём выбор был, так это верить или не верить Даффи.
