Плантация клубники у бабули была огромная, и Лёвка действительно наелся до отвала и набрал полную миску с горкой. Решил сбить оскомину и попить чай.
Бабушка рада была попотчевать внука. Лёвка слушал её рассказы о деревенских делах, уплетая оладьи со сметаной, а очнулся от её вопроса:
– Лёва, отчего невесел? С Никой помирился?
– Да, бабуля, – поторопился ответить, избегая новых вопросов, – я пойду в беседку.
Потянулся от сытости и направился в сад. Увидел кресло под деревом и вспомнил, что Ника сидела в нём как раз перед тем, как они поссорились. Сел в него и задрал голову. Сквозь трепещущую под лёгким ветерком листву синело небо, по которому медленно плыли белые пушистые облака. Лёвка качался в поскрипывающем кресле и не заметил, как задремал…
Ника кричит, и он оглядывается. Видит испуганные глаза девушки, а она машет руками, пытаясь привлечь его внимание. Лёвка бежит к ней, но вдруг останавливается перед болотом. Вязкая чёрная жижа, блестящая, как гудрон, и в ней Ника тянет руки к нему. А Лёвка, как ни старается, а дотянуться до неё не может. Ищет глазами палку или что-то длинное. Видит сосновую ветку, похожую на куриную лапку, и бежит за ней.
Оборачивается, чтобы бежать назад, а болото вязкой массой взлетает ввысь, унося Нику. Чёрная маслянистая туча летит по небу, а Лёвка бежит вслед, размахивая веткой, и кричит. Из тучи в него летят камни, которые, падая вокруг, взрываются оставляя воронки, похожие на лунные кратеры. И хохот слышится. Тот самый, из игры.
Лёвка впадает в отчаяние, как вдруг… откуда ни возьмись самолёт истребитель-перехватчик летит наперерез туче! Врезается в неё и бу-у-ум-м-м! Раздаётся взрыв со множеством огненных искр. Звук взрыва оглушает Лёвку и он… просыпается.
Выпавший из сонных рук мобильник дребезжал на траве рядом с креслом. Лёвка увидел сообщение от Макса: «Всё проверил. Бага нет. Зряшный хайп. Гамай дальше. Время пошло». И смайл в виде хохочущей бомбочки, которая взрывается.
***
Ника спала беспокойно, то вскрикивала во сне испуганно, то отмахивалась от чего-то руками. Яга слезла с печи и подошла к спящей девушке. Провела рукой над её головой, как будто ниточку зацепила и сжала в кулак. Кот напряжённо поглядывал на хозяйку, а та покачала головой.
– Кто-то пытается влезть в сон Ники. Пока она отпор даёт и не впускает, но ей во сне страшно, – тихонько пояснила Яга.
– Раз кто-то пытается влезть в её сон, то это значит, что он совсем рядом стоит?! – зашептал Кот, испуганно выпучив глаза.
– Дык прямёхонько в той стороне, – указала Яга направление рукой в стену, – ближе всего от заслонной черты сюда. Давай-ка сотворим над девицей обережный сонный шар.
Яга и Кот Баюн встали с обеих сторон лавки и через спящую Нику взялись за руки-лапы. Подняли их вверх, потому как будто простыню встряхнули и растянули, опустив концы до пола. Яга бормотала заклинание. Спустя несколько минут над Никой появился слегка сияющий купол. Они наблюдали короткое время, а когда убедились, что девушка дышит ровно и спокойно, отправились спать.
Яга так и не сомкнула глаз, а Баюн спал с приподнятым ухом, слушая звуки леса.
Летняя ночь короткая, и чуть свет петух провозгласил пробуждение солнышка. Яга поднялась, достала с полки потёртые временем колдовские книги. Давненько она ими не пользовалась, надобности не было, потому как писано там было про то, как от зла оберечься. Кот сидел на лавке у печи и, глядя на Ягу, пытался по её реакции понять, нашла ли та нужное заклинание. Очень волновался за девушку, да и понимал, что Заповедный Мир тоже в опасности. Наконец Яга вложила пёрышко-закладку в гримуар и глянула на Баюна.
– Давай-ка блинков напечём к завтраку, – и устало улыбнулась Коту.
Баюн с облегчением вздохнул и мигом спустился в подпол за молоком и сметаной, а Яга сходила к насесту куриному и принесла пару свежих яиц. Замешала тесто, и через полчаса шипящие на сковороде блины и запах разбудили Нику. Она приподнялась, и купол над ней сам собой пропал.
– Бабулечка Ягулечка, я так хорошо поспала, – улыбаясь и потягиваясь сказала девушка, – но мне кажется, что сначала снилось что-то неприятное. Я не помню что, но мне было страшно.
– Что тебе снилось, милая? – осторожно спросила Яга.
– Не могу вспомнить точно, но это что-то чёрное, непрозрачное и… страшное, – прошептала Ника. – Лица или рук не видно, но оно меня как магнитом тянуло к себе. Я стояла у края поляны и хотела бежать к Лёвке, который на другом конце махал мне. Но не могла сделать ни шагу, потому что эта чернота как верёвкой спутывала мне ноги, и я падала. Когда падала, то злилась и слабела, а этот кто-то смеялся. Я поднималась каждый раз и звала Лёвку и вдруг увидела, что его нет. Только чёрная страшная туча передо мной. А потом всё совсем пропало. Мне ничего не снилось, но стало хорошо и тепло, как будто вы меня, бабулечка, обнимаете.
– Поди, голубушка, умойся. Баюн тебе энтот сон колодезной водой прочь сольёт.
