— Доктор Браун сказал, что через месяц сделает повторный снимок и решит, что делать дальше, — ответила миссис Новицки, доставая из портсигара новую сигарету. — Это будет конец августа. Если доктор Браун не решится снять спицы тогда, тебе придётся озадачить посещением доктора свою школу.
— Хорошо, я поняла, — сосредоточенно кивнула Хината, уже думая о совершенно другом. Буквально за день до инцидента ей пришло письмо от Итачи — он спрашивал, думала ли она о том, когда отправится в Косой переулок за всем для школы. Предлагал встретиться там. Со своим глупым увечьем Хинате не хотелось попадаться на глаза Итачи: он будет переживать и непременно решит, что она не в состоянии позаботиться о себе сама… Подобного Хинате очень сильно не хотелось.
Ненависть из-за зависти к ней, оскорбления, попытки травли и нападений — это были принципиально новые уроки жизни, которые не преподали Хинате в Конохе. Да, Неджи-нии-сан был зол на неё долгие годы и однажды избил — но то во время боя, иначе он не позволял себе ничего больше слов. Другие не смели на Хинату даже плохо посмотреть: все знали, что она наследница клана, не отличающегося лояльностью к обидчикам гордости Хьюга. Даже немного забавно, что теперь Хината проходит, пусть и в куда меньших масштабах, примерно через то же, через что проходил Наруто-кун в детстве. Ради его памяти — а также, признавалась себе Хината, ради спокойного сердца Итачи — она обязана достойно пройти испытания.
— Ты не сказала полиции правду, — произнесла миссис Новицки, её голос — хриплый от табачного дыма и вечной приглушённой томности.
— Я рассказала полиции в точности то же, что и вам, миссис Новицки, — возразила Хината, глядя в окно. — Это и есть правда.
— Нет, — лаконично заметила директриса. — После того, как тебя отвезли в больницу, я поговорила с другими девочками… — женщина выпустила струйку дыма и заметила: — Если бы ты рассказала правду, Рут могла бы оказаться в тюрьме. Или если бы ты не закрыла от удара Маргарет, если уж на то пошло.
— Я это знаю.
До самого приюта они обе молчали, лишь мерно гудел мотор да гравий вылетал из-под колёс автомобиля, стучал по днищу. Водитель всю дорогу не издавал ни звука.
На пороге их встретили взволнованные воспитательницы и принялись ахать вокруг руки Хинаты. Та с вежливой, но чуточку нетерпеливой улыбкой поблагодарила их за сочувствие и вырвалась из окружения — только чтобы попасть в новое, созданное девочками всех возрастов. Младшие наперебой что-то спрашивали, старшие рассматривали и шептались между собой. Из дальнего конца холла на Хинату со смешанным чувством смотрели Кэндис, Саманта и Рут.
— Пустите! — вдруг раздалось над головами. Растолкав остальных, Мэгги налетела на Хинату и сжала в самых крепких объятиях, на которые была способна. — Ты как, Хлоя? Рука болит? Конечно болит, вон как тебя перештопали…
— Не придуши ты её, — хмыкнула подошедшая Кэт и оттянула подругу за воротник.
Только затем, чтобы самой обнять Хинату.
========== Глава 18. Личные дела мистера Холмса ==========
Дни Итачи проходили серо и безынтересно.
В приюте Вула было мало развлечений, привлекающих внимание деталей — едва ли не меньше. Итачи нравился чердак, как и в прошлом приюте, заваленный хламом, полузабытый и запертый, а потому представлявший собой прекрасную локацию для мелких тренировок. Нравилась библиотека, пусть и она мала, а книжки — засалены, замызганы, порой без страниц. С первых дней каникул Итачи погрузился в творчество Чарльза Диккенса и находил его идеально подходящим под собственное подавленно-скучное настроение.
Помимо чтения, Учиха много размышлял. Его отточенный мозг уставал без дела, поэтому днём, лёжа на жёстком матрасе в своей спальне или на траве под старым каштаном в саду, Итачи проигрывал в голове сценарии. Они касались решительно всего: возможного развития мира шиноби после войны; принятых Саске решений; будущего клана Учиха; того, что ждёт его самого и Хинату по окончании Хогвартса; вариантов общения в новом учебном году с одноклассниками; противоборства с Дейдарой; поиска и добычи сведений у своих местных «родителей»… Мысли о последних от скуки делались всё навязчивей, однако первый месяц каникул Итачи удерживал себя на месте — не зная уровня вовлечённости магов Хогвартса и Министерства в жизнь студентов школы на каникулах, он не хотел рисковать. Впрочем, его ночные тренировки дзюцу и мелкое применение Шарингана остались без внимания, и Итачи с большего успокоился. Пришла пора действовать.
Его план был просчитан до мелочей, время идеально отмерено. Сразу после завтрака, когда почти все дети вышли в голый приютский дворик посидеть на солнце, Итачи вернулся в свою комнату на втором этаже. Её окна очень удобно выходили на заднюю сторону дома, чем Учиха и намеревался воспользоваться. Создав клона — тот улёгся на кровать и взял со стола томик Диккенса, — Итачи открыл окно и выбрался наружу.
