Альэра, как-то странно посмотрела на него и, пожав плечами, пошла к. дому. Гарнидупс сел на скамью и открыл конверт. Несколько десятков листков плотной бумаги, обременнёных огромным количеством вензелей, штампов и подписей людей самого высокого ранга содержали финансовые документы наследства и права владения счетами в нескольких банках зарубежных стран. Из прочитанного Гарни с удивлением понял, что по бумагам он является дальним родственником и единственным наследником огромного состояния графа Вассельдорфа, жившего очень давно в том замке, на развалинах которого Гарни и Альэра встретили в первый раз Юлиана. «Откуда этот старый хитрец взял эти бумаги? Конечно, это огромная помощь, хотя если бы этого не было, можно было найти другой выход. Но честно признайся самому себе, ты даже представления не имеешь, как и что надо было бы делать. Ну спасибо тебе, мой добрый учитель» улыбнулся Гарни и медленно пошёл к дому.
В гостиной царило оживление. Люциан заливался соловьём, рассказывая о том, как объездил несколько городов, встречался с интересными людьми, но ни слова о том, какова была цель его поездки. Он привёз подарки, «милые безделушки» по его словам каждому, включая самую неприметную горничную. Графиня восхищалась его вниманию.
— Мой дорогой Люциан, я даже представляю, что мой сын мог бы вырасти таким же внимательным и заботливым, как вы, — она промакнула слезу и, обращаясь к вошедшему Гарни, сказала, — посмотрите, какое старинное кольцо. Какой чистоты этот бриллиант! Удивительно! А девочке, посмотрите, какое дивное колье он привёз Альэре!
Гарни повернулся и посмотрел на Альэру, щёки которой пылали багрянцем. Она двумя руками держала колье, в котором в золотые тончайшие гнёздышки были вставлены ярко-красные рубины разного размера. Гарни заметил, как дрожали руки Альэры и на её лице появился сначала испуг, который в скором времени сменился на выражение полного блаженства. Странная метаморфоза её реакции больно задела Гарни и ещё больше удивило то, что сказала Альэра, справившись в волнением в голосе:
— Люциан, боюсь, я не могу принять такой подарок от вас. Посмотрите, мне очень дорого вот эта простенькая безделушка, — она показала рукой на янтарные бусы с чёрным камнем, — я не хочу снимать эти бусы, а рядом с вашим подарком они будут выглядеть несоответственно.
— Да глупости, дорогая моя, стоит ли обращать внимание на правила этикета, носите всё вместе, — рассмеялся Люциан, — сочетание красного, жёлтого и чёрного весьма очаровательно. Гарни, вы согласны со мной?
Гарнидупс не знал что ответить, но Люциан, не дожидаясь слов поддержки, достал из небольшого саквояжа какой-то свёрток и протянул Гарни. — Я о вас тоже не забыл, держите, это вам, надеюсь мой выбор придётся и вам по вкусу.
«Прямо день подарков, что-то принесёт мне этот» подумал Гарни, взял увесистый свёрток и кивнул головой:
— Премного благодарен, надеюсь, что скоро смогу ответить вам тем же.
— Да бросьте, старина, разве между хорошими знакомыми могут быть обязательства, — Люциан похлопал Гарни по плечу, — поверьте, мой подарок от чистого сердца и не требует неприменной отплаты. Графиня, душа моя, я чертовски голоден, как в старые добрые времена, не угостите ли меня обедом?
— Ах боже мой, я совсем выжила из ума, — графиня замахала руками, — молодым организмам нужно питание, а я только сижу и любуюсь молодостью, радостью и счастьем. Прошу, прошу к столу, господа.
Выбровская взяла Люциана под руку и они, что-то тихо обсуждая, двинулись в столовую. Альэра подошла к Гарни и прошептала:
— Мне надо кое-что рассказать тебе позже.
После обеда все вышли в сад, в беседку. Гарни заметил, Люциан почти не отходил от Альэры, читал стихи, рассказывал какие-то истории, чем вызывал звонкий смех девушки. Графиня, раскрасневшись от бокала выпитого за обедом вина, привезённого Люцианом, задавала ему вопросы. Люциана хватало на всех.
А Гарни, почему-то чувствовал себя лишним. Его удивительно неприятно раздражала осведомлённость Люциана практически во всём, детская непосредственность графини, выражение полного счастья на лице Альэры. «Почему я чувствую себя таким одиноким? Что это? За это время мы с Альэрой отдалились друг от друга, в наших отношениях появляется холодность и отчуждённость. Почему её так тянет к Люциану? Неужели банальная смена обстановки? Такое впечатление, что они когда-то знали друг друга и очень хорошо, только близкие души могут так быстро найти общий язык. Но это нонсенс, ну почему же, ты сам себе противоречишь? Разве только если ты ревнуешь? Глупость, я вспомнил любовь к Виоле и теперь точно знаю, что наши отношения с Альэрой назвать „любовью“ нельзя. Какая-то щемящая тоска в области сердца, чувство скорых перемен и по ощущению они вряд ли будут приятными. Мне надо сосредоточится и всё обдумать» решил Гарни и стараясь не привлекать внимания, пошёл по аллее.
