— Спасибо… — девушка подобрала снаряд и зарядила в казённик.
Наводчик танка заметил откуда ведут огонь и повернул башню. Барон изо всех сил крутила рычаг. Сердце ещё никогда так бешено не стучало. Прицел встал точно на борт танка. Блондинка со страшным криком потянула рычаг.
Орудие и машина произвели выстрел одновременно.
Оглушающий взрыв.
Барон откашлялась от попавшей в лёгкие пыли. В ушах противно пищало. Когда дым рассеялся, стало ясно, что танк уничтожен. Так же как и орудие.
У развороченного лафета лежал обезображенный труп. Перевернув его, девушка испугалась. Ноги отказали, она упала и медленно отползала. Глаза отказывались верить в увиденное. Барон не сразу признала в порванной солдатской форме, грязных волосах и почти чёрном, от вязкой копоти лице… себя.
В районе сердца торчал острый осколок, а руки так и сжимали оторванный рычаг, отвечающий за выстрел.
Послышались звонкие шаги, похожие на брязганье костей. Из тёмного дыма вышла фигура в тёмном капюшоне, устало волоча за собой неизменное орудие труда — огромную косу. Сегодня выдался тяжёлый день и заканчиваться он пока не планировал. Подойдя к девушке, жнец лишь смотрел на неё двумя тёмными кругами, куда не пробивался даже свет.
Барон боялась. Впервые самым настоящим животным страхом перед неизвестностью. Смерть терпеливо ждала, протянув костлявую руку.
— Неужели вот такой он, конец? — с трудом подбирая слова, спросила Барон.
Смерть лишь покачала головой.
Блондинка улыбнулась. Бояться и сожалеть уже поздно. В конце концов с самого начала было ясно, чем это закончится.
— Отец был бы доволен, — Барон протянула руку.
Смерть помогла ей подняться. Девушка чувствовала обжигающий холод в своей ладони. Золотые волосы колыхало от почти неуловимого дыхания жнеца. В последний момент девушка оглянулась.
— Удачи вам, ребята. Я верю, что вы выстоите! — крикнула Барон. В следующий момент оба моментально исчезли, оставив после себя лишь воспоминания.
***
Последних уцелевших добивали. На некоторых даже не тратили пули, понимая, что они не жильцы. От вязкого дыма и огня становилось трудно дышать. Саму улицу было не узнать. Настолько обезобразила её рука войны.
— Барон, ответь, — Вильгельм терял остатки хладнокровия. — Барон! Пожалуйста.
— Вилли, она не ответит.
— Возможно что-то с рацией. Нужно проверить.
— Вилли, взгляни что осталось, от её позиции. Я сомневаюсь, что мы что-то найдём.
— Какого хрена ты стал таким бесчувственным?!
— Думаешь, мне самому не больно? Скорбеть будем после победы, а пока возьми себя в руки!
— Да, Лёха. Ты прав. Отряд, собрать трофеи и отступаем к поместью!
***
— Выжившие есть? — хмуро спросил Гвин, разглядывая остов танка. Рядом с ним лежали сгоревшие трупы танкистов.
— Нет, — ответил Эрвин. — Один, тяжело раненный, рассказал, что произошло, но спасти не удалось. Хотя и так понятно, что передовой отряд напоролся на засаду.
— Единственный танк был в гарнизоне и тот потеряли.
— В колоне ещё было два штабных офицера.
«Хоть какая-то хорошая новость», — подумал Гвин, улыбнувшись.
— Потери у врага есть? — спросил альбинос, протирая очки.
— Пушка и пять человек из расчёта. Трупы сильно обезображенные. Трудно даже пол опознать.
— А что с солнечной электростанцией?
— Подорвана. Уничтожено всё, что представляло стратегическую ценность.
— И здесь белобрысая успела, — скривился Гвин. — Передай алкашам из штаба: развернуть войска в боевой порядок и прочёсывать каждый метр на своём пути. Эта Эльза знает толк в тактике. Остановиться только перед поместьем.
— Вам нужно только приказать, господин, — Эрвин отдал честь и скрылся в дыму.
— Упрямые глупцы, — прошипел Гвин, со всей силы ударив по броне танка.
***
— Знаешь, — протянул Андрей, сидя на броне замаскированного танка, — про Муссолини мало чего хорошего можно сказать.
— Про Гитлера тоже, — ответил Алексей.
— Гитлер был психопатом с недостижимыми целями.
— А Мао Цзэдун?
— Мао Цзэдун утопил Китай в крови и принимал неэффективные экономические решения.
— Так же как и прошлое правительство Китая.
— Так же как и Сталин.
— Сталин хотя бы победил нацизм.
— А чем коммунисты отличались от нацистов?
— Отсутствием частной собственности, — развёл руками Алексей.
— Ким Чен Ын?
— Жирный болван.
— Наполеон?
— Присваивал чужие заслуги и проводил сильно рискованные военные компании.
— Король Фриц сто сорок пятый?
— Мы перешли на вымышленных персонажей? Ладно… Держал в неведении свой народ до последнего и скорее оставил бы его на верную смерть, чем предпочёл сражаться.
— Лучезарность?
— Обратила жуков в рабство и не давала выбраться из первобытного хаоса.
— Ладно, довольно, — вздохнул Андрей. — Мы никогда не найдём нормального диктатора.
— Но можем одного остановить.
— С такой штукой это не сложно, — он похлопал по броне.
— Не будем делить шкуру еще не убитого медведя. Мы рассчитываем на вас, господа танкисты. Не облажайтесь.
— А вы не сильно прыгайте под пули.
— Примем к сведению.
— Удачи вам, — крикнул Андрей, захлопывая люк.
— Удачи, — грустно прошептал Алексей.
