Глубокая ночь. Оставалось ещё несколько часов до рассвета. Тёмная простыня усеялась россыпью из белых точек. Где-то там, далеко, существовали бесчисленные галактики, со своей уникальной жизнью, неподдающиеся человеческому пониманию.
Вильгельм наблюдал из окна за небом. Он пытался осознать масштабы вселенной. Говорят, что от этого свои проблемы кажутся не такими уж серьёзными. К сожалению, это не помогало. Сложно назвать проблему пустяковой, когда на кону жизни твоих людей.
Луна освещала улицу посёлка. Если верить карте, то это единственная дорога, ведущая к поместью. По задумке Барона — идеальное место для засады.
В комнате второго этажа пятиэтажки ещё осталась зимняя сырость. По какой-то причине помещение оказалось пустым. Возможно, сюда так и не успели заселиться, или же просто всё вынесли. Даже мебель и обои.
Бойцы позабивались по углам и тихо сопели, копя силы для предстоящей битвы. Вильгельм не понимал, как у них хватило сил заснуть. Возможно, окружающая среда притупила их чувства или же они просто не понимали, что их ждёт.
У окна заботливо сложили несколько снарядов для РПГ, коктейли Молотова, гранаты, ящик патронов и несколько мин.
В таком же здании напротив Вильгельм на секунду увидел часового. Часовой зажёг сигарету, но вовремя опомнился и потушил её.
Вилли вглядывался в темноту. В той стороне была небольшая поляна, где Барон установила орудие. Помимо неё расчёт состоял ещё из четырёх человек. Наводчика — Саши, заряжающего — Сергея, и двух человек, подающих снаряды. Он так и не смог разглядеть пушку, даже зная, где она находится. Барон знала толк в маскировке. Интересно, они тоже сейчас смотрели на звёзды?
— Смена, — прошептал Алексей, садясь напротив Вильгельма.
— Ещё целый час, иди спать.
— Не хочу, — отмахнулся Лёша.
— Аналогично, — ухмыльнулся Вилли.
— Напомни, сколько участвует в засаде?
— Двадцать человек в этом здании, двадцать напротив. Пять человек — орудийный расчёт. Остальные подготавливают оборону вокруг поместья под руководством Лисёнка. Так что, если у нас получится, мы дадим им ещё немного времени.
— Бедные дети, — вздохнул Алексей. — Им бы играть и радоваться жизни, а они окопы роют.
— Наверное, всё-таки был другой выход из этой ситуации.
— Вилли, он и сейчас есть. Сдаться на милость этого ублюдка. Но ты понимаешь, что тогда мы покойники.
— Это не выход, Лёша.
— Мы сейчас похожи на тех муравьёв в лесу. Только нам придется быть хитрее, чтобы отбиться. Остаётся только драться или погибнуть. Другого выхода нет.
— Знаешь какой сегодня день?
— Первое апреля. Не в самое удачное время нам выпало сражаться.
— Сегодня ровно год с «Момента Х». Неплохой был год. Мы совершали ошибки, мы теряли друзей, мы были на грани помешательства — и тем не менее мы выжили. А ради чего? Чтобы пришел психопат с манией величия и всё здесь разрушил?
— Вилли, — Алексей положил ему руку на плечо, — мы выстоим. А затем договоримся с Элизабет о мире.
— Надеюсь, что будет так.
***
— Где же они? — спросила себя Барон, глядя в бинокль.
Стационарную позицию обложили листвой и накрыли маскировочной сеткой. Со стороны могло показаться, что это самый обычный куст. В недрах «куста» расположился расчёт, обложив себя ящиками для боеприпасов.
Солнце стояло в зените. Орудийная прислуга заскучала, но вылезать на открытую местность было бы непростительной оплошностью. В любое время мог появиться противник.
— Почему они именно по дороге должны ехать? — спросил Сергей, уплетая мясную консерву.
— Все хоть немного адекватные армии передвигаются по дорогам. Если они станут ехать по окрестным колдобинам, то поломают всю технику прежде чем доедут до нас. К тому же, они не ожидают, что мы встретим их здесь.
В этот момент послышался громкий рёв моторов. С каждой секундой он становился всё громче. Барон разглядела два мотоцикла с колясками и чёрный джип с установленным пулемётом. Ехали они очень быстро.
— Это разведка, — сказал Барон в рацию. — Пропустите их, а потом установите пару мин. Скоро должна появиться основная колонна, а этих встретят в поместье.
Разведка промчалась мимо зданий и вскоре скрылась за холмами. Из здания выбежали два человека и принялись быстро рыть места для мин. Стало снова тихо и мёртвую тишину разбавляло лишь пение птиц. Барон завидовала им. Они могли и имели полное право жить полной жизнью.
Горячие солнце разморило блондинку и она опустилась на землю, закрыв глаза лишь на секунду. Она не заметила как заснула. Разбудила её дрожь земли и вибрация. Барон вскочила, едва не зацепив маскировку. Вдалеке гудели словно тысячи двигателей, подымая колёсами километровые столбы пыли. Большая белая буква «G» на броне ясно давала понять, кто едет.
— Десять, двенадцать, четырнадцать, — шептала Барон глядя в бинокль. — Восемнадцать, двадцать.
— Трындец, — вставил Сергей.
