Троецарствие полностью

– Вы ошибаетесь, учитель! – испуганно вскричал Лю Бэй. – Я не пойду на такое дело, ибо это равносильно мятежу против законного государя!

– Ни в коей мере! – отвечал Чжугэ Лян. – Поднебесная гибнет от смуты и раздоров, и если вы, господин мой, проявите такую нерешительность, то, боюсь, разочаруете многих. Я понимаю, что для вас превыше всего долг подданного. Но земли, которыми вы владеете, дают вам право, по крайней мере, на титул Ханьчжунского вана. Примите его, а потом мы испросим указ Сына неба.

Лю Бэй еще долго отказывался, но, в конце концов, согласился.

Став Ханьчжунским ваном, он немедля отправил доклад на высочайшее имя, в котором говорилось:

«Мне, человеку малых способностей, выпало на долю нести бремя обязанностей полководца и командовать большим войском. Я удостоился повеления Сына неба покарать злодея и поддержать правящий дом. Но случилось так, что я вынужден был надолго оставить в забвении ваши, государь, указания.

Ныне вся Поднебесная охвачена смутой; зло достигло предела, но добро пока не пришло, и это вселяет тревогу в сердца ваших подданных.

Некоторые из ваших сановников, искренне преданные вам, подымаются, чтобы карать злодеев, и уничтожают их. Других злодеев карает Небо; вражьи силы тают, как ледяная гора под лучами солнца.

Лишь один Цао Цао до сих пор остается безнаказанным, он с помощью своих приспешников, пользуясь слабостью правящего дома, стремится к захвату трона. Я посоветовался со своими помощниками и счел возможным, не нарушая древних обычаев, принять титул Ханьчжунского вана.

И если я, приняв сей высокий титул, смогу способствовать расцвету государства и дать твердую опору династии, я готов, не отказываясь, пойти в огонь и в воду.

В надежде на лучшее будущее я уступил просьбам советников и принял печать вана.

Надеюсь, что Сын неба высочайшим указом пожалует преданного слугу титулом Ханьчжунского вана и не оставит его своей щедрой милостью.

Приношу клятву верно служить государю Поднебесной и службой своей оправдать оказанное мне доверие.

Со смиренным поклоном представляю Сыну неба доклад и умоляю внять ему».

Когда Цао Цао, находившемуся в Ецзюне, сообщили, что Лю Бэй принял титул Ханьчжунского вана, он в ярости закричал:

– Циновщик! Да как он посмел? Клянусь, я уничтожу его!

И он приказал тотчас же готовиться к походу.

– Великий ван, стоит ли утруждать себя дальним походом, – произнес советник Сыма И, – если можно погубить Лю Бэя в его же доме, а потом завоевать княжество Шу?

– Каким образом? – спросил Цао Цао.

– Как известно, Сунь Цюань, правитель княжества У, выдал свою сестру замуж за Лю Бэя и потом похитил ее, – ответил Сыма И. – А Лю Бэй держит округ Цзинчжоу и не отдает его Сунь Цюаню. Они ненавидят друг друга. Отправьте посла к Сунь Цюаню, пусть он уговорит его силой захватить Цзинчжоу. Тогда Лю Бэй вынужден будет послать туда на помощь часть войск из Сычуани, вы же в это время захватите Ханьчжун и Сычуань. Лю Бэй не может воевать на два фронта и окажется в безвыходном положении.

Обрадовавшись столь хитроумному совету, Цао Цао отправил советника Мань Чуна к Сунь Цюаню с письмом.

– Раздоры между княжествами У и Вэй начались по вине Лю Бэя, – сказал Мань Чун, представ перед Сунь Цюанем. – Ныне Вэйский ван Цао Цао предлагает вам действовать сообща: вы наступайте на Цзинчжоу, а он пойдет на Сычуань и Ханьчжун. Так мы одновременно нанесем удар голове и хвосту армии Лю Бэя. Он не выдержит двойного удара, мы разделим между собой его земли и заключим вечный мир.