Итак, пожелавший возглавить передовой отряд был не кто иной, как Пан Дэ. Перед тем как отправиться в поход, Пан Дэ велел мастерам сделать гроб, поставил его в зале и пригласил друзей на прощальный пир.
– Вэйский ван, – сказал Пан Дэ, – оказывал мне великие милости, и я клянусь отдать за него свою жизнь! Я иду в Фаньчэн на смертный бой с Гуань Юем, и если не убью его, то сам погибну от его руки или покончу с собой. Этот гроб будет при мне, и в нем привезут либо голову Гуань Юя, либо меня.
Гуань Юй находился у себя в шатре, когда к нему примчались дозорные с донесением, что к городу подходит войско врага во главе с Юй Цзинем. Начальник передового отряда Пан Дэ везет с собой гроб, ругает всячески Гуань Юя и клянется, что будет биться с ним насмерть.
Гуань Юй побледнел от гнева, его прекрасная борода встала торчком, и он закричал:
– Жалкий мальчишка! Да как он смеет так говорить! Все герои Поднебесной трепещут передо мной! Пусть Гуань Пин берет Фаньчэн, а я расправлюсь с ничтожным Пан Дэ!
– Отец! – воскликнул Гуань Пин. – Не пристало горе Тайшань [115] связываться с простым булыжником! Кто вы и кто Пан Дэ! Разрешите мне с ним сразиться!
Гуань Пин выбежал из шатра, схватил меч, вскочил на коня и помчался навстречу Пан Дэ.
Войска противников выстроились в боевые порядки друг против друга.
Пан Дэ в черном халате и серебряном панцире, с мечом в руке восседал на белом коне впереди своего войска. Несколько воинов вышли вперед, неся на плечах гроб.
Гуань Пин стал поносить Пан Дэ, называя его изменником и злодеем.
– Это еще кто такой? – спросил Пан Дэ своих воинов.
– Гуань Пин – приемный сын Гуань Юя, – отвечали ему.
– Вэйский ван повелел мне отсечь голову твоему отцу! – крикнул Пан Дэ. – А с тобой я драться не стану!
Разъяренный Гуань Пин хлестнул коня и, размахивая мечом, бросился на Пан Дэ. Они схватывались раз тридцать, но не могли одолеть друг друга и сделали передышку.
Оставив в лагере у стен Фаньчэна военачальника Ляо Хуа, Гуань Юй поскакал на помощь сыну.
Гуань Пин рассказал ему о прерванном поединке, и Гуань Юй решил сейчас же сразиться с Пан Дэ.
– Гуань Юй здесь! – закричал он громоподобным голосом, выезжая вперед. – Эй, Пан Дэ, иди за своей смертью!
Загремели барабаны, расступились воины, и перед строем появился Пан Дэ.
– Я получил приказ Вэйского вана отрубить тебе голову! Если не веришь, взгляни на этот гроб! Слезай с коня и сдавайся!
– Жаль пачкать о тебя меч Черного дракона! – вскричал Гуань Юй и, подхлестнув коня, налетел на Пан Дэ. Более ста раз сходились они в жестоком поединке, но, казалось, силы их только удвоились.
Наконец Юй Цзинь приказал бить в гонги, дал сигнал к окончанию боя и Гуань Пин. Поединок окончился.
На следующий день Гуань Юй подошел с войском к лагерю Пан Дэ. Тот вышел навстречу, и снова начался поединок. После пятидесяти схваток Пан Дэ бежал, подняв меч в вытянутой руке. Гуань Юй погнался за ним. Пан Дэ украдкой повесил меч на седло и наложил стрелу на резной лук, Гуань Пин зорким глазом уловил быстрое движение Пан Дэ и грозно крикнул:
– Оставь стрелу, злодей!
Но было уже поздно. Зазвенела тетива, Гуань Юй не успел уклониться в сторону, и стрела вонзилась ему в левую руку. Гуань Пин подскакал к отцу и помог добраться до лагеря.
Пан Дэ погнался за ним, но позади загремели гонги, а он, боясь оторваться от своего войска, повернул обратно. Это Юй Цзинь, видевший, как Пан Дэ ранил Гуань Юя, поспешил отозвать своего военачальника. Он испугался, как бы и впрямь Пан Дэ не совершил великий подвиг и тем не затмил его самого.
Вернувшись, Пан Дэ тотчас же спросил Юй Цзиня, почему он приказал ударить в гонги.
– Сам Вэйский ван предостерегал вас, что Гуань Юй умен и храбр, – отвечал Юй Цзинь. – Правда, вы его ранили, но все же я опасался, как бы он хитростью не заманил вас в ловушку, и решил отозвать войско.
– Если бы вы не поспешили, я убил бы Гуань Юя, – вздохнул Пан Дэ.
– Нельзя действовать так опрометчиво, прежде надо все хорошенько обдумать, – поучительно промолвил Юй Цзинь.
Добравшись до лагеря, Гуань Юй извлек из раненой руки наконечник стрелы, смазал рану специальной мазью и сказал:
– Клянусь, за эту стрелу я отомщу беспощадно!
– Вам надо несколько дней отдохнуть, – говорили Гуань Юю военачальники. – Успеете еще свести счеты с Пан Дэ.
На следующий день Пан Дэ опять стал вызывать Гуань Юя на бой, но тот не вышел – его удержали военачальники.
Десять дней кряду приходил Пан Дэ, но никто не выходил с ним сражаться. Тогда он сказал Юй Цзиню:
– Скорей всего, на руке Гуань Юя открылась язва, и его уложили в постель. Если бы мы сейчас напали на его лагерь, нам удалось бы снять осаду с Фаньчэна.
Но Юй Цзинь, опасаясь, как бы Пан Дэ не одержал большую победу, не дал своего согласия. Он приказал войску отойти на десять ли севернее Фаньчэна и раскинуть лагерь в долине.
