Вдруг раздался треск, словно кто-то разорвал холст. Цао Цао вздрогнул, проснулся и стал всматриваться в темноту. Он увидел императрицу Фу, наложницу Дун, двух государевых сыновей, Дун Чэна, Фу Ваня и многих других, некогда им казненных. Кровавые призраки были окутаны черным облаком, и чей-то властный голос требовал, чтоб Цао Цао отдал им свою жизнь.
Цао Цао выхватил меч и ударил в пустоту. Послышался оглушительный грохот – обвалился юго-западный угол дворца. Цао Цао без памяти рухнул на пол. Приближенные подхватили его и унесли в другой дворец. Но и в следующую ночь ему снова мерещились призраки и слышались громкие вопли у ворот дворца.
Утром Цао Цао призвал к себе сановников и обратился к ним с такими словами:
– Мудрец сказал: «Провинившемуся перед Небом не вымолить прощения». Чувствую я, что дни мои сочтены и мне уже ничто не поможет! Из всех моих сыновей только старший, Цао Пэй, способен продолжать мое дело. Помогайте же ему!
Отдав все необходимые распоряжения, Цао Цао вздохнул, из глаз его полились слезы, и вскоре он перестал дышать. Так, шестидесяти шести лет от роду скончался Вэйский ван.
Случилось это весной, в первом месяце двадцать пятого года периода Установления спокойствия [118].
Как раз когда во дворце чиновники, одетые в траурные одежды, прощались с Цао Цао и проливали слезы над его телом, из Сюйчана примчался Хуа Синь.
– Великий ван ушел из жизни, вся Поднебесная потрясена, а вы до сих пор не попросили наследника вступить в свои права! – вскричал он.
– Еще нет указа Сына неба, – отвечали чиновники.
– Вот он, государев указ! – сказал Хуа Синь. – Я привез его. Наследник – Цао Пэй!
Все возликовали и стали поздравлять Цао Пэя. Хуа Синь вынул из-за пазухи указ, развернул его и громко прочел.
Опасаясь за судьбу наследника Вэйского вана, Хуа Синь сам составил этот указ и принудил государя его подписать. Цао Пэй получил титул Вэйского вана и был назначен на должность первого министра и правителя округа Цзинчжоу. В тот же день он вступил в свои права и принял поздравления высших и низших чиновников. Но во время этого торжества Цао Пэю сообщили, что из Чанъани в Ецзюнь идет со стотысячным войском его брат, Яньлинский хоу Цао Чжан.
– Как же мне быть? – спросил Цао Пэй, обращаясь к советникам. – Должно быть, мой рыжебородый брат идет спорить со мной из-за наследства! А нрав у него крутой, да и военным искусством он владеет великолепно!
Один из стоявших у ступеней возвышения, на котором восседал Цао Пэй, сказал:
– Разрешите мне поехать навстречу вашему брату!
Все, кто здесь был, взглянули на него и в один голос воскликнули:
– Отправляйтесь! Кроме вас никто не сможет избавить нас от беды!
Поистине:
章节结束
Итак, тот, кто вызвался поехать навстречу Цао Чжану, был не кто иной, как придворный советник Цзя Куй.
Они встретились за городом, и Цао Чжан первым делом спросил:
– Где пояс и печать покойного вана?
Цзя Куй очень спокойно отвечал:
– В семье есть старший сын, в государстве есть наследник престола. Только им и надлежит знать, где печать покойного правителя.
Цао Чжан промолчал и вместе с Цзя Куем направился в город. У ворот дворца Цзя Куй его спросил:
– Вы приехали хоронить отца или бороться с братом за наследство?
– Хоронить отца, – отвечал Цао Чжан. – Иных намерений у меня нет.
– Зачем же вы привели войско?
Цао Чжан отпустил охрану и один вошел во дворец. Он поклонился Цао Пэю; братья обнялись и заплакали.
Цао Чжан передал все свое войско в распоряжение Цао Пэя, а тот попросил его по-прежнему охранять Яньлин.
Цао Пэй по совету Хуа Синя послал гонцов за своими братьями Цао Сюном и Цао Чжи, дабы наказать их за то, что они не прибыли на похороны отца. Первый гонец сообщил, что Цао Сюн, опасаясь кары за свой проступок, тут же повесился; а второго гонца не только не допустили к Цао Чжи, но выгнали палками. Он доложил, что Цао Чжи пьянствует со своими любимцами, братья- ми Дин.
Узнав об этом, Цао Пэй пришел в ярость и приказал Сюй Чу с отрядом Тигров немедленно привезти Цао Чжи и его людей.
Сюй Чу с войском отправился в Линьцзы. У городских ворот стража пыталась остановить его, но он всех перебил и прорвался в город.
В это время Цао Чжи и братья Дин лежали во дворце совершенно пьяные. Сюй Чу велел их связать и положить в повозку, а потом захватил всех дворцовых чиновников и слуг и отвез в Ецзюнь.
Прежде всего Цао Пэй приказал обезглавить братьев Дин.
Когда мать Цао Пэя, госпожа Бянь, узнала о смерти Цао Сюна, она сильно опечалилась. А весть о том, что схвачен Цао Чжи и казнены братья Дин, привела ее в смятение. Она поспешила к Цао Пэю. Сын вышел ей навстречу и почтительно поклонился.
