章节结束
Итак, Хуа Синь в сопровождении гражданских и военных чиновников явился к государю Сянь-ди и сказал:
– Отрадно видеть, что с тех пор как Вэйский ван принял правление, добродетели его и гуманность изливаются на все живое. Вэйский ван возвышается над древними и превосходит нынешних мудрецов. Даже Яо и Шунь не могли бы затмить его деяний. И вот мы, сановники, собравшись на совет, установили, что процветание Ханьской династии кончилось. Мы пребываем в надежде, что вы, государь, следуя примеру императоров Яо и Шуня [120], откажетесь от престола в пользу Вэйского вана. Этим вы исполните волю Неба и осуществите желание народа.
Испуганный государь молчал, не зная, что ответить. Наконец, обведя взглядом чиновников, он со слезами промолвил:
– Мы думаем о том, как Гао-цзу, подняв меч, обезглавил змею и поднялся на борьбу за справедливое дело. Он поверг к своим ногам княжество Чу, покорил княжество Цинь и основал династию, которая вот уже четыреста лет правит Поднебесной. Мы талантами не обладаем, но и зла никакого не совершили, – как же нам отречься от великого дела, завещанного нашими предками?
Тут к государю приблизился Ли Фу и обратился к нему с такими словами:
– Когда Вэйский ван начал править, в мир явились цилинь, чета фениксов и желтый дракон, созрели обильные злаки, выпала сладкая роса. Эти вещающие благо знамения указывают на то, что Ханьскую династию должна сменить династия Вэй.
– Я изучаю небесные светила и могу добавить, – промолвил Сюй Чжи, – что и знамения Неба указывают на конец счастливой судьбы династии Хань. Ваша звезда, государь, потускнела, а созвездие Вэйского царства увенчивает небесный свод. Это означает, что на смену династии Хань приходит динас- тия Вэй.
– Со времен глубокой древности существует закон: всякое возвышение завершается падением, – заметил до сих пор молчавший Ван Лан, – а процветание неизменно переходит в упадок. Ханьская династия правила более четырехсот лет, но судьба ее решена, и вы должны уступить трон.
Государь, рыдая, удалился во внутренние покои. Чиновники, усмехаясь, разошлись.
На другой день они снова собрались в большом зале дворца и приказали евнухам пригласить Сянь-ди. Государь не решился выйти и сказал государыне Цао:
– Твой брат хочет захватить трон и велел чиновникам принудить меня к отречению.
– Неужели вы думаете, что мой брат способен на такое преступление? – с досадой спросила государыня.
Не успела она это произнести, как увидела вооруженных мечами Цао Хуна и Цао Сю, которые пришли за государем.
– Так это вы, злодеи, затеяли смуту! – напустилась на них государыня. – Вы посягнули на власть Сына неба, хотите погубить его своими кознями. А брат мой не успел вступить в права преемника, как уже начал бесчинствовать! Берегитесь, Небо обрушит на него несчастье!
Государыня, плача, удалилась, а Цао Хун и Цао Сю потребовали, чтобы государь вышел в зал.
– Последуйте моему совету, государь! – промолвил Хуа Синь. – Иначе вам не избежать великих бедствий!
– Кто посмеет нас убить? – воскликнул государь.
– Все в Поднебесной знают, что на вас нет благословения Неба, – резко возразил Хуа Синь. – Это и привело к смуте! Не будь при дворе Вэйского вана, вас давно убили бы. Вы, государь, не оказываете милостей и не награждаете за добродетели. Неужто вы хотите, чтобы против вас поднялся народ с оружием в руках?
Хуа Синь подошел к государю и, бесцеремонно дернув его за рукав расшитого драконами халата, крикнул:
– Отвечайте тотчас же, согласны вы отречься или нет?
Император, дрожа от страха, молчал. Цао Хун и Цао Сю обнажили мечи.
– Где хранитель печати? – заорали они.
– Хранитель печати здесь! – ответил Цзу Би, выходя вперед.
Цао Хун потребовал у него государственную печать.
– Государственная печать – сокровище Сына неба! Вы не смеете к ней прикасаться! – гневно ответил Цзу Би.
Цао Хун приказал страже вывести его и обезглавить.
Окруженный вэйскими воинами в латах и с копьями в руках, государь, дрожа от страха, промолвил сквозь слезы:
– Мы согласны отречься от нашей власти в пользу Вэйского вана, но были бы счастливы, если б нам дали дожить до конца лет, предопределенных Небом!
– Вэйский ван не станет вас губить, – успокоил его Цзя Сюй. – Только вы, государь, поскорее напишите указ об отречении и успокойте народ.
Государь повелел Чэнь Цюню написать указ об отречении. Когда указ был готов. Сын неба отдал его Хуа Синю и приказал вручить Вэйскому вану.
Утром седьмого дня десятого месяца произошла церемония отречения.
Государь попросил Цао Пэя подняться на возвышение, возле которого собрались все чиновники и стояли императорские войска. Сын неба лично вручил Цао Пэю императорскую нефритовую печать. Опустившись на колени, чиновники выслушали указ.
