– Во главе войска надо поставить Лю Фына, – сказал Чжугэ Лян. – Пусть они сцепятся, как два тигра. Поймает Лю Фын Мын Да или не поймает – он все равно вернется в Чэнду. Вот тогда его можно будет казнить и сразу избавиться от двух бед.
Лю Бэй послал гонца в Мяньчжу с повелением Лю Фыну немедленно отправиться на поиски бежавшего Мын Да.
Как раз в то время, когда у Цао Пэя собрался совет, один из сановников доложил, что из царства Шу перебежал Мын Да. Цао Пэй распорядился немедленно его привести.
– Ты, видно, притворяешься, что хочешь мне покориться? – сказал ему Цао Пэй.
– Нет, у меня не было иного выхода, – ответил Мын Да. – Ханьчжунский ван хочет казнить меня за то, что я не спас Гуань Юя.
Цао Пэй не поверил в искренность его слов, но в этот момент доложили, что в Сянъян вторгся Лю Фын, разыскивающий Мын Да, и привел с собой пятьдесят тысяч войска.
– Если слова твои искренни, – произнес Цао Пэй, – разгроми Лю Фына и привези его голову мне. Вот тогда я тебе поверю!
– Я лучше поеду к Лю Фыну и уговорю его сдаться, – предложил Мын Да. – Для этого мне войско не понадобится.
Обрадованный Цао Пэй пожаловал Мын Да военное звание и титул и послал охранять Сянъян и Фаньчэн.
В то время Сяхоу Шан и Сюй Хуан находились в Сянъяне. Мын Да прибыл в город в тот момент, когда они обдумывали, как захватить Шанъюн. После взаимных приветствий Мын Да осведомился о положении дел. Ему сказали, что Лю Фын стоит лагерем в пятидесяти ли от города. Мын Да сочинил письмо, призывая Лю Фына сдаться, и послал гонца в лагерь.
Прочитав послание, Лю Фын пришел в страшный гнев.
– Этот злодей подговорил меня порвать с моим дядей, а теперь еще пытается рассорить с отцом! Он хочет сделать из меня бесчестного человека и непочтительного сына!
Лю Фын в клочки изорвал письмо, приказал обезглавить гонца, а на следующий день вышел на бой. Мын Да, обозленный тем, что Лю Фын убил его гонца, выступил навстречу.
Когда оба войска построились друг против друга, Лю Фын выехал на коне под знамя и, указывая мечом на Мын Да, стал браниться:
– Мятежник, изменивший государю! Ты еще смеешь уговаривать меня идти по твоим стопам!
– Над твоей головой – смерть! – отвечал Мын Да.
Разъяренный Лю Фын, хлестнув коня, бросился на противника. После третьей схватки Мын Да обратился в бегство. Лю Фын гнался за ним более двадцати ли. Вдруг слева и справа на него обрушились войска Сяхоу Шана и Сюй Хуана. Мын Да тоже повернул свой отряд и снова вступил в бой.
Зажатое с трех сторон войско Лю Фына было разгромлено, а сам он бежал в Шанъюн. Вэйские воины преследовали его по пятам. Добравшись до стен города, Лю Фын крикнул, чтобы поскорей открыли ворота, но в ответ градом посыпались стрелы.
– Мы уже покорились царству Вэй! – кричал со стены Шэнь Дань. Возмущенный Лю Фын хотел штурмовать город, но подоспели преследователи, и ему пришлось бежать в Фанлин. Однако и здесь на городских стенах он увидел вэйские знамена. Шэнь И со сторожевой башни махнул флажком, и из-за угла городской стены показался отряд войск со знаменем, на котором было написано: «Полководец правой руки Сюй Хуан».
Лю Фын не в силах был справиться с многочисленным врагом и бежал в Сичуань. У него оставалось немногим более сотни всадников. С ними он прибыл в Чэнду и явился к Ханьчжунскому вану. Склонившись перед ним, Лю Фын со слезами рассказал, что с ним случилось.
– Негодный мальчишка! – в гневе напустился на него Лю Бэй. – Как посмел ты показаться мне на глаза?
– Батюшка, – каялся Лю Фын, – я хотел помочь дяде, но мне помешал Мын Да!
– Ты что, деревянный идол? – продолжал браниться Лю Бэй. – Тебя кормили, одевали, а ты поверил клевете!
И он приказал страже обезглавить Лю Фына. А после казни Ханьчжунский ван узнал, как Мын Да уговаривал Лю Фына сдаться и как тот изорвал письмо и казнил гонца. Лю Вэй, горько раскаиваясь в том, что несправедливо поступил с Лю Фыном, вспомнил о Гуань Юе, и его печаль вспыхнула с новой силой. Он даже заболел с горя и не мог вести войско в по- ход.
Между тем Цао Пэй, наградив всех своих чиновников, решил поехать в земли Пэй, на могилы предков. По пути сельские старцы выходили встречать его и, стоя у края дороги, подносили ему вино. Все происходило так торжественно, что казалось, будто сам Ханьский Гао-цзу возвратился к себе на родину в земли Пэй.
В восьмом месяце того же года Цао Пэю доложили о необычайных событиях: в уезд Шиисянь прилетела чета фениксов; в Линьцзы появился диковинный единорог цилинь, а в Ецзюне – желтый дракон 2.
Начальник дворцовой охраны Ли Фу и главный придворный историограф 3 Сюй Чжи истолковали их как знамение грядущей перемены: Ханьскую династию сменит династия Вэй – надо готовиться к церемонии отречения от престола ханьского государя Сянь-ди.
В сопровождении более чем сорока сановников Ли Фу и Сюй Чжи явились во дворец просить государя отречься от престола в пользу Вэйского вана Цао Пэя.
Поистине:
