Тогда Цзян Вэй решил бежать в Тяньшуй. У него оставалось не более десятка воинов. В пути ему пришлось схватиться с Чжан Бао. К Тяньшую он добрался один и закричал, чтоб открыли ворота. Охрана доложила о нем Ма Цзуню.
– Цзян Вэй обманом хочет заставить нас открыть ворота! Стреляйте в него! – приказал Ма Цзунь.
В Цзян Вэя дождем посыпались стрелы. Он оглянулся – вражеских войск поблизости не было, тогда он помчался в Шангуй. Но и Лян Цянь, завидев Цзян Вэя, принялся осыпать его бранью.
И здесь в Цзян Вэя тоже полетели стрелы. Он хотел поговорить с Лян Цянем, но это ему не удалось. Тогда он поднял лицо к небу, вздохнул, и из глаз его полились слезы. Повернув коня, Цзян Вэй взял путь на Чанъань и вскоре въехал в лес. Вдруг раздались громкие возгласы, и отряд войск во главе с Гуань Сином преградил ему дорогу.
Утомленный Цзян Вэй не мог драться и повернул обратно. Из-за горы навстречу ему выехала коляска, в которой сидел человек с шелковой повязкой на голове, в одеянии из журавлиных перьев, с веером в руке. Цзян Вэй узнал Чжугэ Ляна. Он понял, что положение у него безвыходное, и сошел с коня.
Чжугэ Лян подошел к нему, взял за руку и сказал:
– С тех пор как я покинул свою хижину в горах, я ни разу не встречал человека, которому можно было бы доверить свои знания. И только сейчас желание мое исполнилось.
Цзян Вэй с благодарностью поклонился Чжугэ Ляну. Они вместе отправились в лагерь, и Чжугэ Лян попросил Цзян Вэя посоветовать, как захватить Тяньшуй и Шангуй.
– В Тяньшуе находятся мои лучшие друзья, Инь Шан и Лян Сюй, – промолвил Цзян Вэй. – Я напишу им письма и на стрелах отправлю в город. Если эти письма попадут в руки Сяхоу Моу, там начнутся раздоры, и мы легко овладеем городом.
Чжугэ Ляну этот план понравился. Цзян Вэй все сделал так, как сказал. Его письма передали Ма Цзуню, а тот, в свою очередь, отдал их Сяхоу Моу и при этом сказал:
– Лян Сюй и Инь Шан связались с Цзян Вэем, и у них заговор против нас. Неплохо бы поскорее с ними разделаться.
– Убить обоих! – промолвил Сяхоу Моу.
Слух об этом дошел до Лян Сюя, и он сказал Инь Шану:
– Чем самим погибать, лучше сдать город.
Ночью Сяхоу Моу несколько раз посылал за ними, но они не явились, а открыли городские ворота и впустили шуское войско.
Сяхоу Моу и Ма Цзунь едва успели вскочить на коней и через западные ворота бежали в сторону Цянхучэна.
Лян Сюй и Инь Шан вышли встречать Чжугэ Ляна, и он спросил у них, как взять Шангуй.
– Этот город обороняет мой родной брат Лян Цянь, – ответил Лян Сюй.
В тот же день с согласия Чжугэ Ляна Лян Сюй отправился в Шангуй и уговорил Лян Цяня покориться Чжугэ Ляну.
После победы над тремя городами Чжугэ Лян еще больше прославился. Все близкие и далекие округа и области без боя ему покорялись.
И вот Чжугэ Лян во главе своего войска направился к горе Цишань и подошел к реке Вэйшуй. Об этом доложили вэйскому правителю Цао Жую.
– Кто сможет отбить нападение противника? – вскричал Цао Жуй, вне себя от страха.
– Думаю, что против врага следовало бы послать Цао Чжэня, – произнес Ван Лан. – Пожалуйте ему звание главнокомандующего и прикажите разгромить неприятеля!
Государь пожаловал Цао Чжэню звание главнокомандующего и вручил ему бунчук и секиру, а помощником его назначил Го Хуая. Ван Лан состоял при них старшим советником. Ему было в то время семьдесят шесть лет.
Двести тысяч воинов, взятых из западной и восточной столиц, повел Цао Чжэнь на врага.
Эту огромную армию он привел в Чанъань и, переправившись на западный берег реки Вэйшуй, расположился лагерем.
Здесь полководец стал обсуждать со своими помощниками план дальнейших действий.
– Надо выстроить войско в боевые порядки, а я выеду вперед и попытаюсь уговорить Чжугэ Ляна сдаться, – сказал Ван Лан. – Возможно, шуские войска отступят, не сражаясь.
Ночью закончили все приготовления, и к рассвету войска заняли боевые порядки.
Противники встретились у горы Цишань. Прогремели барабаны, протрубили рога, и Ван Лан выехал вперед в сопровождении всадников, которые громко крикнули:
– Ван Лан просит главного полководца царства Шу на переговоры!
Над строем шуских войск заколыхались знамена. Справа и слева выехали Гуань Син и Чжан Бао. Позади них стройными рядами стояли всадники. В центре расположения войск вдруг появилась небольшая коляска, в которой сидел Чжугэ Лян.
Окинув противника взглядом, Чжугэ Лян заметил над строем вэйских войск три знамени с крупными надписями. Впереди стоял седобородый старик Ван Лан.
По приказу Чжугэ Ляна один из его телохранителей крикнул:
– Ханьский министр желает говорить с главой ведомства танов Ван Ланом!
Ван Лан тронул коня и приблизился к коляске. После приветственных церемоний Ван Лан сказал:
– Давно слышал ваше прославленное имя и рад, что довелось встретиться! Разрешите спросить, почему вы, понимающий волю Неба и веления времени, без всякого повода подняли войска?
– Без повода? – удивился Чжугэ Лян. – Я получил повеление государя покарать злодеев!
