Цзян Вэй покинул дворец и уехал в Ханьчжун.
Дан Цзюнь, между тем, побывав в царстве Шу, поехал в Лоян и рассказал Сыма Чжао о том, что он там видел и слышал. Вести, привезенные Дан Цзюнем, обрадовали Сыма Чжао, и он стал помышлять о захвате царства Шу, но начальник дворцовой охраны, Цзя Чун, стал его отговаривать.
– Воевать пока еще рано, – сказал Цзя Чун. – Сын неба относится к вам с недоверием, и если вы покинете столицу, произойдет переворот.
– Тогда надо принять меры, а то государь погубит меня!
– Если угодно, я готов выполнить вашу волю! – предложил Цзя Чун.
И вот Сыма Чжао явился к государю при мече, сделал знак одному из сановников, и тот обратился к Цао Мао с такими словами:
– Заслуги и добродетели полководца Сыма Чжао высоки, как горы, он достоин титула Цзиньского гуна [159] и девяти даров.
Цао Мао слушал, опустив голову.
– Государь, разве я недостоин такого титула? – резко спросил Сыма Чжао. – Мой отец и старший брат оказали немало услуг царству Вэй!
– Как ты смеешь быть непочтительным с нами? – промолвил Цао Мао.
– Это вы со мной непочтительны! – дерзко произнес Сыма Чжао. – Мне стало известно, что в своем стихотворении «Скованный дракон» вы назвали меня угрем!
Цао Мао молчал. Сыма Чжао холодно усмехнулся и вышел из зала.
Удалился и Цао Мао. Он призвал к себе сановников и сказал:
– Всем известно, что Сыма Чжао собирается захватить престол. Мы не вправе сидеть сложа руки. Помогите нам покарать разбойника!
Один из сановников стал его отговаривать:
– Сыма Чжао не один, у него много сторонников! У вас же, государь, нет людей, на которых вы могли бы положиться, и охрана ваша немногочисленна. Терпите. А уж если хотите бороться с Сыма Чжао, действуйте не спеша.
– Сколько же я могу терпеть? – возмутился Цао Мао. – К позору не привыкнешь! Мы приняли решение – смерть нас не страшит!
Цао Мао поспешил к вдовствующей государыне, чтобы предупредить ее о своих намерениях, а сановники Ван Чэнь и Ван Е отправились к Сыма Чжао и рассказали ему о разговоре с Цао Мао.
Тем временем Цао Мао приказал начальнику стражи Цзяо Во собрать своих воинов, вооружить слуг и чиновников и выйти из дворца. Сам он взошел на колесницу и объявил, что едет в южный пригород.
У ворот Дракона колеснице преградил путь Цзян Чун верхом на коне; слева от него стоял Чэн Цуй, справа Чэн Цзи. За ними выстроились тысячи одетых в броню воинов, готовых по первому знаку ринуться в бой.
Чэн Цзи с алебардой бросился к колеснице, нанес государю удар в грудь, а когда тот упал, ударил его еще в спину.
Цао Мао скончался на месте.
Когда об этом доложили Сыма Чжао, он примчался во дворец и при виде убитого государя стал лить слезы и причитать, словно на него свалилось нежданное горе.
Сановники уговаривали Сыма Чжао занять престол, но он отказался. Из его слов сановники поняли, что со временем он надеется возвести на престол своего сына Сыма Яня.
В шестом месяце того же года Сыма Чжао сделал государем Чандаосянского гуна Цао Хуана, внука императора У-ди Цао Цао и сына Яньского вана Цао Юя.
Обо всем, что происходило в царстве Вэй, лазутчики доносили в Чэнду, столицу царства Шу. Цзян Вэй радовался и говорил:
– Теперь у меня опять появился предлог для войны с царством Вэй!
Он написал в царство У, предлагая поднять войска, чтобы совместно покарать Сыма Чжао за убийство вэйского государя, а сам, с дозволения Хоу-чжу, выступил в поход во главе ста пятидесяти тысяч воинов. Все отряды Цзян Вэя должны были объединиться у гор Цишань и напасть на врага.
Дэн Ай в это время в цишаньском лагере обучал войско. Узнав о выступлении Цзян Вэя, он созвал военный совет. Советник Ван Гуань сказал:
– Я хотел бы предложить вам свой план. Но о нем нельзя говорить во всеуслышание, и я изложил его письменно.
Дэн Ай прочитал план и улыбнулся:
– Все это хорошо, но Цзян Вэя не так просто обмануть.
– Я готов пожертвовать жизнью! – заявил Ван Гуань. – Только разрешите мне выполнить задуманное.
Дэн Ай дал Ван Гуаню пять тысяч воинов, и он двинулся навстречу Цзян Вэю. Столкнувшись с дозорными противника, Ван Гуань остановил свой отряд и крикнул:
– Передайте вашему полководцу, что вэйский военачальник желает сложить оружие!
Дозорные поспешили к Цзян Вэю. Он приказал привести вэйского военачальника, а войско его оставить в поле.
Ван Гуань вошел в шатер и, низко поклонившись Цзян Вэю, сказал:
– Я Ван Гуань, племянник Ван Цзина, которого Сыма Чжао казнил за верность государю. Я решил сдаться вам, чтобы отомстить Сыма Чжао за убийство государя и за смерть моего дяди. Со мною пять тысяч воинов – они в вашем распоряжении!
– Если слова твои искренни, я приму тебя с распростертыми объятиями! – радостно ответил Цзян Вэй. – Но для проверки дам тебе поручение: у меня провиант на исходе, а обоз застрял на границе Сычуани. Ты доставишь его сюда, а я тем временем начну наступление на цишаньские лагеря.
Ван Гуань, уверенный, что ему удалось перехитрить Цзян Вэя, согласился отправиться за провиантом.
– Тебе не потребуется пяти тысяч воинов, – продолжал Цзян Вэй. – Возьми с собой три тысячи, а две тысячи оставь здесь.
