Заняв Цзичжоу, Цао Цао, по повелению государя, стал правителем этого округа.
В советники он взял Цуй Яня, который был не у дел, и сделал его своим помощником, иными словами – помощником правителя округа Цзичжоу.
К этому времени Юань Тань, победивший войско Юань Шана, решил еще раз попытаться отбить у Цао Цао Цзичжоу и послал в Лю Бяо гонца с просьбой о помощи.
Лю Бяо по совету Лю Бэя отказал Юань Таню в поддержке. Цао Цао, узнав о том, что Юань Тань собирался напасть на Цзичжоу, разгневался и во главе огромного войска пошел на Юань Таня войной.
Юань Тань знал, что одному ему не справиться с Цао Цао, покинул Пинъюань и ушел в Наньпи. Цао Цао его преследовал.
Юань Тань выступил из Наньпи навстречу Цао Цао, и оба войска выстроились друг против друга. Цао Цао выехал на коне вперед и, указывая плетью на Юань Таня, стал его поносить:
– Изменник! Вот твоя благодарность за мою доброту к тебе!
– Я изменник? – крикнул в ответ Юань Тань. – Ты сам вторгся в мои владения, захватил мои города, отнял у меня жену и еще говоришь о какой-то измене!
В бою войско Юань Таня было разбито и укрылось в городе.
Юань Тань был в отчаянии.
Тогда советник Го Ту обратился к нему с такими словами:
– Давайте погоним впереди войска жителей города и вступим с Цао Цао в смертельный бой.
Юань Таню этот план понравился. Ночью по его приказу жителям раздали мечи и копья и сказали, что надо делать.
На рассвете распахнулись городские ворота, и воины Юань Таня, которые гнали впереди жителей, с воинственными кличами напали на лагерь Цао Цао. До полудня продолжалась жестокая битва, ни один из противников не одержал победы.
Тогда Цао Цао взошел на гору и приказал бить в барабан, чтобы поднять боевой дух своих воинов.
Цао Хун врезался в ряды противника и, столкнувшись лицом к лицу с Юань Танем, одним ударом меча сразил его.
Голову Юань Таня выставили напоказ за северными воротами; при этом велено было казнить каждого, кто осмелится его оплакивать.
Однажды Цао Цао спросил у Го Цзя:
– Что делать с Юань Шаном, который укрылся у Юань Си?
– Пусть на него нападут Цзяо Чу и Чжан Нань, изъявившие вам покорность, – ответил тот.
Цао Цао послушался его совета и по трем дорогам послал в Ючжоу отряды Цзяо Чу, Чжан Наня и других военачальников, а Юэ Цзиню и Ли Дяню велел соединиться с Чжан Янем и идти войной на Бинчжоу против Гао Цяня. Между тем Юань Си и Юань Шан, понимая, что им не устоять против армии Цао Цао, покинули Ючжоу и бежали в земли ухуаней [55].
А в это время ючжоуский правитель Ухуань Чо изъявил непокорность Цао Цао.
Покорив Бинчжоу, Цао Цао задумал идти походом в земли Ухуань.
В этом его поддержал Го Цзя.
– Жители пустыни, полагаясь на свою отдаленность, не ожидают нашего нападения. Поэтому достаточно одного удара, чтобы их разгромить. Не забывайте, что Юань Шао при жизни покровительствовал Ухуаню, и поскольку еще живы Юань Шан и Юань Си, сыновья Юань Шао, они найдут там поддержку. Их надо непременно разгромить.
Итак, Цао Цао двинулся в поход во главе трех армий с несколькими тысячами повозок. Когда войско вступило в бескрайние пески пустыни, поднялся свирепый ветер. Дорога была зыбкая и извилистая, люди и кони передвигались с трудом. Цао Цао стал подумывать о возвращении и обратился за советом к Го Цзя, который заболел и все время лежал в повозке.
– Быстрота – бог войны, – отвечал Го Цзя. – Лучше послать вперед легковооруженное войско, чтобы застать врага врасплох, чем идти в поход за тысячи ли с большим обозом без всякой уверенности в успехе. Только надо прежде подыскать проводников.
Цао Цао оставил Го Цзя в Ичжоу на излечение, а сам по совету людей сведущих пригласил Тянь Чоу, одного из бывших военачальников Юань Шао, хорошо знавшего здешние места, пожаловал ему звание полководца – Умиротворителя севера и назначил старшим проводником. Тянь Чоу шел впереди, за ним следовал Чжан Ляо, а Цао Цао прикрывал тыл. У гор Байланшань их поджидали несколько десятков тысяч воинов Юань Си и Юань Шана.
Чжан Ляо по приказу Цао Цао спустился с гор и перешел в стремительное наступление. Не выдержав натиска, войска противника сдались. Юань Си и Юань Шан бежали в Ляодун.
А Цао Цао возвратился в Лючэн.
Цао Цао милостиво обошелся с гуннами, получил от них в дар множество коней и двинулся в обратный путь.
Когда он возвратился наконец в Ичжоу, то узнал, что несколько дней назад умер Го Цзя, и очень горевал.
Слуги Го Цзя передали Цао Цао письмо, написанное их господином незадолго до смерти.
– Наш господин, – промолвили они, – велел передать вам, что дела с Ляодуном уладятся, если вы последуете совету, изложенному в письме.
Цао Цао, читая письмо, лишь кивал головой и тяжело вздыхал. Так никто и не узнал, что там было написано.
На другой день к Цао Цао явился Сяхоу Дунь и сказал:
– Ляодунский правитель Гунсунь Кан давно вышел из повиновения. Теперь к нему бежали Юань Шан и Юань Си, чтобы вместе с ним строить против вас козни. Хорошо бы напасть на них и захватить Ляодун.
– Через несколько дней, – с улыбкой отвечал Цао Цао, – Гунсунь Кан пришлет головы обоих Юаней.
Никто этому, конечно, не поверил.
