– Почему ты мне раньше не доложил? – всполошился Чжугэ Лян и удалился во внутренние покои переодеваться.
Вскоре он в полном облачении вышел к гостю. Высокий, с лицом белым, словно прекрасный нефрит, с шелковой повязкой на голове, в белоснежной накидке из перьев аиста, которую обычно носят даосы. Движения его были плавны, непринужденны, осанка, как у бессмертного духа. Лю Бэй поклонился.
– Я, недостойный потомок Ханьского правящего дома, давно слышал ваше славное имя – оно поражает, как гром. Дважды пытался я повидать вас, но неудачно. Тогда я дерзнул написать вам письмо… Не смею спросить, пал ли на него ваш взор?
– Мне очень жаль, что я заставил вас понапрасну ездить, – отвечал Чжугэ Лян.
Совершив церемонии, положенные при встрече, они уселись, как полагается гостю и хозяину. Слуга подал чай. Выпив чашку, Чжугэ Лян заговорил:
– Из вашего письма я понял, что вы печетесь о народе и государстве… Но вам не стоило обращаться ко мне – слишком я молод, и способности мои ничтожны.
– Мне говорили о вас Сыма Хуэй и Сюй Шу. Разве стали бы они болтать попусту? – вскричал Лю Бэй. – Прошу вас, не оставьте меня, неразумного, своими мудрыми советами!
Чжугэ Лян улыбнулся:
– Расскажите о ваших намерениях.
Отослав слуг, Лю Бэй придвинулся поближе к Чжугэ Ляну и сказал:
– Вам известно, что Ханьский дом идет к упадку, что коварный Цао Цао захватил власть! Я не щажу сил, чтобы восстановить справедливость в Поднебесной, но для такого дела у меня не хватает ума. Просветите же меня и спасите от бед!
– У Цао Цао бесчисленные полчища, он держит в руках Сына неба и от его имени повелевает всеми князьями, – промолвил Чжугэ Лян. – Вступить с ним в борьбу невозможно. На юге род Сунь в течение трех поколений владеет Цзяндуном. Владение это неприступно, и народ любит своего князя. Добейтесь его помощи, но ни в коем случае не замышляйте против него поход! А вот Цзинчжоу и Ичжоу вам следует взять. Места эти труднодоступны, земли плодородны. Укрепитесь в них, упрочьте на западе мир с племенами жунов, покорите на юге племена и и юэ, вступите в союз с Сунь Цюанем, создайте в своих владениях хорошее управление и потом, выждав момент, когда в Поднебесной произойдут изменения, пошлите своего лучшего полководца с цзинчжоускими войсками на города Ваньи и Лоян, а сами во главе ичжоуских полков выступайте на Циньчуань. Не сомневайтесь, народ выйдет встречать вас с корзинами яств и с чашками рисового отвара. Вы совершите великое дело и возродите Ханьскую династию. Последуйте моему совету, и я во всем буду вам помогать.
Чжугэ Лян велел мальчику-слуге принести карту, повесил ее на стену и продолжал:
– Вот карта пятидесяти четырех округов Сычуани… Если хотите стать могущественным правителем, делайте уступки Цао Цао на севере – пусть он властвует там; на юге Сунь Цюань пусть берет себе земли и доходы от них, а вы добивайтесь одного: согласия в своих отношениях с народом. Сделайте Цзинчжоу своей опорой, возьмите Западную Сычуань, заложите основы династии и потом можете думать о всей Срединной равнине.
Лю Бэй встал с циновки и с благодарностью поклонился:
– Ваши слова, учитель, прояснили мой разум! Мне кажется, что рассеялись тучи, и я узрел голубое небо! Одно лишь меня смущает: могу ли я отнять владения у цзинчжоуского правителя Лю Бяо и у ичжоуского правителя Лю Чжана, которые, как и я, принадлежат к Ханьскому императорскому роду?
– Об этом не тревожьтесь! – успокоил его Чжугэ Лян. – Ночью я наблюдал небесные знамения: Лю Бяо проживет недолго, а Лю Чжан не сможет основать свою династию и перейдет к вам.
Лю Бэй с поклоном произнес:
– Я готов с благоговением внимать вашим наставлениям, только покиньте горы и поезжайте вместе со мной.
Чжугэ Лян долго отказывался, но, тронутый мольбами Лю Бэя, в конце концов, согласился.
Братья заночевали в доме у Чжугэ Ляна, а когда наутро возвратился Чжугэ Цзюнь, Чжугэ Лян, собираясь в дорогу, сказал ему:
– Я уезжаю. Долг повелевает мне последовать за государевым дядей Лю Бэем. Не доведи наше поле до запустения, прилежно занимайся хозяйством и жди меня. Как только служба моя окончится, я вернусь.
Распрощавшись с Чжугэ Цзюнем, Чжугэ Лян, Лю Бэй и его братья отправились в Синье.
Лю Бэй относился к Чжугэ Ляну, как к своему учителю. Они ели за одним столом, спали на одном ложе и целыми днями обсуждали великие дела Поднебесной.
– Цао Цао вырыл в Цзичжоу огромный пруд и обучает свое войско ведению войны на воде, – говорил Чжугэ Лян. – Ясно, что он задумал вторгнуться в Цзяннань. Следовало бы послать туда людей на разведку.
И Лю Бэй тотчас же последовал его совету.
Тем временем Сунь Цюань после смерти Сунь Цэ успел укрепиться в Цзяндуне. Унаследовав великое дело, он стал отовсюду приглашать к себе мудрых и способных людей и с этой целью открыл в Ухуэе подворье. Сюда стекались знаменитые люди со всех концов страны. Среди них было множество мудрых государственных деятелей и способных военачальников.
