Вдруг Лю Бэй заметил человека благородной наружности и гордой осанки. Он спускался с горы, опираясь на посох. Одет он был в черный холщовый халат, на голове – повязка.
– Вы, должно быть, господин Дремлющий Дракон? – воскликнул Лю Бэй, соскочив с коня и приветствуя незнакомца.
– А вы кто такой? – спросил человек.
– Я – Лю Бэй.
– А я – Цуй Чжоупин из Волина, друг Чжугэ Ляна, Дремлющего Дракона.
– Давно слышал ваше славное имя, – обрадовался Лю Бэй, – и охотно выслушаю ваши мудрые наставления.
– А зачем вам понадобился Чжугэ Лян? – поинтересовался Цуй Чжоупин.
– Я хотел просить его помочь мне покончить со смутой в Поднебесной и установить порядок в стране, – ответил Лю Бэй.
– Это стремление ваше поистине гуманно, – промолвил Цуй Чжоупин. – Но так уж исстари повелось: порядок сменяет смута, смуту – порядок. Что суждено – того не изменить, что предопределено – того не избежать.
– Благодарю за наставления, – сказал Лю Бэй. – Вы правы, кто станет с вами спорить? Но не могу я, потомок Ханьского дома, оставить династию на произвол судьбы. Потому и пришел к Чжугэ Ляну. Не знаете ли вы, где он сейчас?
– Не знаю. Я тоже хотел с ним повидаться.
Сказав это, Цуй Чжоупин поклонился и ушел, а братья сели на коней и поехали дальше.
Спустя несколько дней стало известно, что Чжугэ Лян вернулся, и Лю Бэй снова решил отправиться к нему.
– Зачем вам самому ездить к какому-то деревенщине, старший брат? – ворчал Чжан Фэй. – Только прикажите, и его вызовут!
– Помолчи! – прикрикнул на него Лю Бэй. – Разве мудрецов вызывают? Вспомни слова Мэн-цзы о том, что если хочешь видеть мудреца, так иди к нему сам!
Лю Бэй приказал оседлать коня, и братья отправились в путь. Стояла зима, небо заволокли тучи, было холодно. Не проехали путники и нескольких ли, как подул ледяной ветер и повалил снег. Горы стали похожи на нефритовые, побелели деревья, словно оделись в серебряный убор.
Когда путники приблизились к деревушке, они услышали, что в кабачке у края дороги кто-то поет. Лю Бэй придержал коня и прислушался.
Песня кончилась. И кто-то, ударяя в такт по столу, запел другую песню:
