Троецарствие полностью

– Уверен, что Дремлющий Дракон тоже здесь! – воскликнул Лю Бэй, слезая с коня и направляясь в трактир.

За столиком друг против друга сидели двое и пили вино.

– Не скажете ли, кто из вас господин Волун? – поклонившись, спросил Лю Бэй.

– А зачем он вам? – спросил один из них, длиннобородый и бледнолицый.

– Я Лю Бэй. Хочу у господина Волуна спросить совета, как помочь стране и дать народу покой…

– Волуна здесь нет, но мы его друзья, – ответил длиннобородый. – Я Ши Гуанъюань из округа Инчуань, а это Мын Гунвэй из Жунани.

– О, я много слышал о вас, – обрадовался Лю Бэй, – и счастлив встретиться с вами! У меня с собой есть запасные кони, и если вы не против, мы можем поехать к господину Волуну и там побеседовать!

– Лучше вы сами поезжайте к Волуну, без нас. Живущие в горах и глуши не разбираются в делах управления государством.

Лю Вэй откланялся и направился к холму Дремлющего Дракона. Возле дома Чжугэ Ляна он сошел с коня и постучал в ворота. На стук вышел мальчик.

– Дома твой господин? – спросил Лю Бэй.

– Дома. Он занят чтением. Входите, пожалуйста.

Лю Бэй последовал за мальчиком и услышал доносившееся из комнаты пенье. Он заглянул в дверь и увидел возле очага юношу, который сидел, обхватив руками колени, и напевал:

Лю Бэй подождал, пока юноша кончил петь, и лишь тогда вошел.

– Я давно стремлюсь к вам, учитель, – с поклоном промолвил он, – но до сих пор не имел счастья вас видеть, хотя прихожу уже во второй раз.

– Вы, наверно, не кто иной, как Лю Бэй, и хотите видеть моего второго брата? – произнес юноша, торопливо ответив на приветствия.

– Значит, вы не Волун? – спросил Лю Бэй.

– Нет, я его младший брат – Чжугэ Цзюнь. Нас трое. Старший – Чжугэ Цзинь – служит у Сунь Цюаня в Цзяндуне, а Чжугэ Лян мой второй брат…

– А он сейчас дома? – спросил Лю Бэй.

– Они вчера договорились с Цуй Чжоупином пойти побродить.

– И куда же они отправились?

– Может быть, поехали на лодке или же ушли навестить буддийских монахов и отшельников-даосов в горах, а может быть, зашли к другу в какой-либо дальней деревне; возможно, что они играют на цитре или в шахматы где-нибудь в уединенной пещере. Никто не знает, когда они уходят и когда приходят.

– До чего же мне не везет! – воскликнул Лю Бэй. – Ни в первый, ни во второй раз не застал великого мудреца! Дайте мне кисть и бумагу, я напишу вашему брату, что непреклонен в своем решении!

Чжугэ Цзюнь принес «четыре сокровища кабинета ученого»[74], Лю Бэй дыханием растопил замерзшую тушь, развернул лист бумаги и написал:

«Я давно восхищаюсь вашей славой! Вот уже дважды посещал я ваш дом, но ухожу разочарованный, не имея счастья вас лицезреть.

Потомок Ханьской династии, я незаслуженно получил славу и титулы. Мое сердце разрывается, когда я смотрю, как гибнет правящий дом, как рушатся устои Поднебесной, как полчища разбойников возмущают страну и злодеи обижают Сына неба. Я искренне желаю помочь династии, но у меня нет способностей к управлению государством, и потому я с надеждой взираю на вас, уповая на вашу гуманность и доброту. Ваши таланты равны талантам Люй Вана, так совершите же великие подвиги, равные подвигам Цзыфана [75], – и Поднебесная обретет счастье.

Это письмо я пишу, дабы ведомо было вам, что после поста и омовений я вновь перед вами предстану.

Выражаю вам свое искреннее почтение и, как повелений, жду ваших мудрых советов».

Лю Бэй передал письмо Чжугэ Цзюню и откланялся. Но когда вскочил в седло и хотел тронуться в путь, услышал, как мальчик крикнул:

– Старый господин едет!