В хозяйскую спальню я в прошлый визит, естественно, не заглядывал — зачем? Но вот она наверняка изменилась, не могла она так выглядеть раньше! Так же аскетично обставленная комната теперь играла явно не предназначенную для нее роль палаты больного, который, похоже, хворает уже не первый месяц.
Стол, явно перенесенный сюда из кабинета и слишком громоздкий для этой комнаты, заваленный бумагами (хозяин не успевает их разбирать). Множество пузырьков и коробочек с порошками, расставленные на всех горизонтальных поверхностях. Застарелый запах трав, мыла и немного мочи — чувствуется, что в комнате часто моют, но этого недостаточно.
И жаровня, несмотря на жаркое лето за окном!
Мы попали в комнату умирающего.
Поэтому, подходя к постели Габриэля, я примерно уже представлял, что увижу.
За год, что мы не виделись, старый рыцарь изменился разительно. Похудел до последней крайности — лицо превратилось в обтянутый кожей череп. Кожа пожелтела, вокруг глаз — темные круги. Даже седые волосы поредели, а прекрасные седые усы и бородка-эспаньолка, которые составляли особую гордость их владельца, наоборот, отрасли, превратившись в обычную, не слишком опрятную бороду.
Он еще дышал, когда мы вошли, грудь медленно поднималась и опускалась. Но не отреагировал на слугу-привратника, который бросился к нему:
— Командир! Господин Габриэль! Командир! Неужели вы сдаетесь⁈ Вы даже сына не дождались!
— Оставить истерику! — рявкнула Рагна таким командирским тоном, какого я ни от Ханны, ни от Мириэль пока ни разу не слышал.
Привратник немедленно замолчал и уставился на нее чуть ли не в испуге.
— Воды сюда, быстро! — распорядилась она. — Горячей прокипяченной, должна на кухне такая быть, и тоже прокипяченной, но остуженной! Остужайте как хотите, если в погребе лед, то им.
— А… будет сделано, ваша милость! — вытянулся привратник.
— Не ваша милость, а мессира! Быстро, исполняй.
Сама же она подошла к кровати, откинула простыню с Габриэля и торопливо провела руками вдоль его тела, задержавшись руками сперва на груди, потом на области пояса и паха.
— Ну конечно… — пробормотала она. — С зимы болел, небось, бронхиты, тонзиллиты, само пройдет, народные средства, всякие травки у коробейников… Теперь почки забились, конечно, но мы же к лекарю-некроманту не пойдем, это же черная магия все, мы же будем превозмогать, пока не откажет…
— Ты его спасешь⁈ — ахнула Леу, которая выбралась мне на плечо. — Спаси его, пожалуйста, Рагночка, он хороший!
— Мы его спасем! — Рагна требовательно протянула ко мне руку ладонью вверх. — Прыгай давай, посажу на него, и стимулируй своей природной магией!
— Но я…
— Кто хвастался только сегодня, что учился, да не доучился? Он старый уже, очень старый, минимум за сотню, раза два уже омолаживался у каких-то магов, неплохо омолодился, но резерв уже исчерпан. Организм хреново восстанавливается, так что без мага-природника не справится. Давай!
Леу соскочила на черную перчатку Рагны, оттуда на грудь Габриэля, тощую и желто-коричневую в расстегнутом вороте рубахи. Потопталась всеми четырьмя крохотными лапками и жалобно воскликнула:
— Так сложно все! Я ничего не понимаю, что делать!
— Бей по площадям, — сухо проговорила Рагна, продолжая массировать тело Габриэля на уровне пояса. — В смысле, стимулируй все подряд, особенно там, где чувствуешь работу Нежизни.
— Я ее не чувствую!
— Ты даже этого не умеешь⁈ Я так поняла, что ты хотя бы начала учиться!
— Я фигово училась, поэтому и сбежала!
— Давай как получается, — подумав секунду сказала Рагна. — Хуже магией природы ты старику вроде Габриэля не сделаешь, не ребенок.
Я молчал, стараясь им не мешать, но когда в дверь робко постучали, открыл. Явились слуги с водой: сразу пятеро мужиков тащили здоровый чан, исходящий паром.
— Заносите! — скомандовал я, распахивая дверь.
Рагна обернулась через плечо, увидела чан и, кажется, слегка офигела.
— Зачем столько⁈ Это на компрессы! Так, а прохладную воду принесли? Как нет⁈ Это ему пить, надо вот прямо сейчас! Кувшин, два кувшина, можно три, но не больше! Ну-ка бегом марш!
Началась суета, довольно бестолковая, и я понял, что пришел мой черед. Если я не мог ничем помочь моим девочкам, нужно было хотя бы обеспечить работу слуг — явно растерявшихся и не понимающих, что и как делать. К моему удивлению, кого-нибудь расторопного и способного дать вдохновляющий пендель, вроде Лиихны, среди них не оказалось. Похоже, Габриэль либо не нашел толкового управляющего, либо не стал искать — думал, что идущее по накатанной хозяйство и без этого обойдется… Плавали, знаем. Был у меня знакомый малый бизнесмен, товарищ по несчастью, который так после смерти жены не стал искать ей замену в плане руководства повседневной жизнью фирмы: мол, все и так работает, как часы. Ожидаемо, дела пошли под откос через несколько лет, и мужику пришлось продаваться.
