Диас двигался быстрее Даймонда, но ему было крайне неудобно драться с левшой. Он стал выдыхаться первым, и с каждым разом его выпады становились слабее и медленнее. Даймонд, который почти не сбил дыхания, оказался куда тренированнее испанца. Увидев, что Диас ослаб, охотник сделал пару ложных выпадов и впечатал свободный кулак под ложечку противника, опустив его на колени.
— Сдаюсь, сдаюсь! — испанец поднял руку вверх, стараясь вдохнуть и держась рукой за грудь. — Ты просто дьявол!
Даймонд удовлетворенно хмыкнул.
— Считай, что теперь мы в расчете за мое плечо, хотя ты и легко отделался.
— Я думал, что было, то в прошлом!
— Теперь, пожалуй, да.
Лай собаки во дворе раздался рано утром, когда солнце еще даже не показалось за горизонтом, а силуэт полумесяца постепенно исчезал вместе с угасающими звездами. Худощавый крестьянин разомкнул глаза и поднялся на жесткой кровати. Он обвел ошалелым взглядом просторное помещение, где сопели, витая в сладких сновидениях, все члены его большой крестьянской семьи. Протерев веки грубыми от работы пальцами, он встал с кровати, спешно влез в мешковатую тунику и, ухватившись за гладкую деревянную рукоятку топора, двинулся к выходу, осторожно перешагивая через спящих на полу сыновей.
— В чем дело, Джулиан? — шепотом спросила жена, сон которой был столь же чутким, как и его. — Куда ты?
— Спи. Я только проверю, что там.
Времена нынче стояли неспокойные. Даже здесь, в землях графа Стефана фон Шеленберга, иногда объявлялись разбойники. Они устраивали набеги посреди ночи, крали коней из загонов, уводили овец и коз, воровали домашнюю птицу, а порой и заходили в дома, надеясь нажиться на скромных сбережениях небогатых хозяев. Тогда уж простому человеку приходилось совсем худо. Патрули графа, конечно, пытались отлавливать и уничтожать бандитов и направляли небольшие отряды во все края графства, но углядеть за всей территорией были просто не в состоянии.
Крестьянин приоткрыл дверь, прислушался и внимательно вгляделся в полумрак. Не заметив ничего подозрительного, он вышел наружу, поеживаясь от весеннего утреннего хлада. Над озерцом, вокруг которого раскинулась деревушка, стоял густой туман, накрывший своей молочной массой все соседние дома и амбары. Мужчина глухо ругнулся на подвывающую псину и замахнулся на нее топором, тотчас же заставив ее смолкнуть. Впрочем, она продолжила принюхиваться к влажному воздуху и обеспокоенно рваться в сторону тракта, пролегающего чуть поодаль от деревни.
Через некоторое время, когда крестьянин хотел уже вернуться в дом, чтобы растолкать старших сыновей на обыденные утренние работы, из тумана вдруг выплыли три темные фигуры всадников, медленно приближающихся к плетенной изгороди, окружающей двор. Они ехали не торопясь. По мере приближения их образы очерчивались все с большей четкостью, и вскоре встревоженный мужчина смог лучше разглядеть нежданных гостей.
На первый взгляд эти трое сударей вовсе не выглядели как разбойники, больше напоминая собой знатных сеньоров. Они были облачены в стеганные куртки из черной вареной кожи; поверх курток их плечи покрывали серые шерстяные плащи с капюшонами; высокие походные сапоги доходили почти до колен. Лица двоих были скрыты отросшей бородой, но ехавший по центру мужчина имел вполне приличный и даже приятный вид. На гладко выбритом смуглом лице играла непринужденная улыбка, большие глаза светились дружелюбием.
Собака вновь залаяла, угрожающе оскалив клыки.
— Тише, окаянная! — крестьянину вновь пришлось замахнуться топором, чтобы успокоить суку.
— Доброго тебе утра, друг мой! — смуглый мужчина спешился и накинул поводья на столб изгороди. — Будь так любезен, подскажи путникам, не здесь ли начинаются земли достопочтенного графа фон Шеленберга?
Крестьянин замотал головой.
— Нет, господин, земли моего лорда начинаются гораздо раньше, у старого ясеня на перепутье. Вы, стало быть, его давно проехали.
Гость кивнул и вновь расплылся в обезоруживающей улыбке.
— Очень хорошо. Значит, мы на верном пути. А правда люди говорят, что через несколько недель у графа намечается женитьба?
Крестьянин с досадой на лице прислонил свой топор к стене дома.
— Это да, правду вы слышали, сударь. Так оно и есть. Вот, завтра вся моя семья пойдет в замок помогать слугам лорда с приготовлениями. Нас не будет все это время, пока женитьба не станется. И это в самый разгар, когда нужно обрабатывать поле?! А как же нам быть со скотиной? Хотя и той станет меньше, потому что придется гнать ее в замок на заклание.
Диас зашел за изгородь и приблизился к крестьянину, с опаской поглядывая на псину, сидящую у ног хозяина.
— Тут дело такое, добрый человек, — сказал он заговорщическим тоном, — мы держим путь издалека, сами не с этих мест, но страсть как хотим погулять на местной свадьбе. Да вот досада, приглашать нас туда никто не станет.
Крестьянин, делая вид, что все понимает, кивнул.
— Будь так любезен, — продолжал гость, — позволь мне и моим друзьям пойти туда вместо тебя.
На этот раз на лице мужчины отразилось искреннее изумление.
— Это же как, вместо меня?
