Полночи юноша скакал подобно горному аксакалу недалеко от ручья и, наконец, решился уйти от спасительной воды. Все-таки именно из-за нее в этой местности было значительно холоднее. Действительно, углубившись в чащобу из лиственных деревьев и кустарников, воздух заметно потеплел, и парень даже перестал стучать зубами. Нашел кучу прелых листьев, зарылся в них и, сомлев, заснул.
А наутро его ждал подарок. Оказывается, друиды были не такими уж жестокими. Оставили его рядом с доступной пищей. И только собственный страх помешал ему еще в прошлые дни найти эту ореховую рощу, в которой сплошь и рядом ветви деревьев тяжело опускались до самой земли под весом орехов. Брайан ощутил прилив сил и кинулся собирать в подол плоды щедрого леса. Нашелушив целую кучу орехов, он почувствовал впервые за много дней сытость. Пригревало солнце и вновь захотелось спать. Но Брайан не позволил лени одолеть его, и сделал запасы еды, сплетя из молодых веток, которые еще не успел высушить первый мороз, подобие корзины. Туда он уложил свой запас, и двинулся в путь. На сытый желудок окружающий мир казался гораздо милее и роднее, а в душе вновь расцвела надежда. А еще жажда борьбы. Пройти хотя бы одно испытание, чтобы доказать всем, что он что-то может. Может. Назло всем. В идеале, конечно, дойти до того момента, как он вызовет на поединок воздушника, но до этих пор необходимо хотя бы понять, как пользоваться собственной стихией, а уж потом по проторенной тропе освоить и чужую науку. Ведь не зря же боги даровали ему жизнь. Они вселяют искру дыхания, обозначая каждому, какой путь он должен пройти до своей смерти. Брайан никак не чувствовал, что его тропа зашла в тупик. Ему еще нужно столько прошагать! Боги не оставят его в своей милости, и помогут, чем смогут.
Так лихо рассуждая и бравируя, юноша бодро топал неизвестно куда, ища неизвестно что. К сожалению, бравады и уверенности хватило не столь надолго, как хотелось бы. К сумеркам желание идти угасло, правда, осталась вера в богов и сидов. Еще мама ему говорила, что когда чего-то сильно хочешь или ищешь, нужно отпустить желаемое, и оно обязательно отыщется, придет, исполнится. Что же ему отпустить? Мечту обрести силу? Найти костер и обогреться? Или надежду пройти хотя бы одно испытание? Так и не решив, чем он готов пожертвовать, Брайан решил исходить из реальных потребностей и возможностей. Забыть о тепле он не сможет. В то же время долгие годы он жил, даже не догадываясь, что в нем дремлет дар. Поэтому необходимо добыть тепло, не полагаясь на мифические силы.
Роясь в своих познаниях по добыче огня, Брайан с грустной ухмылкой констатировал, что их крайне мало. Конечно, он знал, что можно разжечь костер с помощью трения, но теория никогда ранее не применялась им на практике. Но начинать с чего-то обучение нужно. Пусть даже для этого придется возвращаться к истокам человеческого бытия. Брайан нашел более менее на его взгляд подходящую палку и начал ею с силой тереть о ближайшее дерево. Масса усилий и нулевой результат. Что-то он делал не так. Возможно, угол наклона палочки был не совсем удобен. Тогда он взял широкий сук, зарыл его в землю и обхватил для надежности коленями. После чего возобновил трение палкой о его верхнюю часть. В принципе польза уже ощущалась. Разгоряченное работой тело уже горело. Жаль, им нельзя было разжечь костер. И, наконец, дерево слегка затлело! Брайан радостно вскрикнул и поднял палочку к глазам, чтобы удостовериться. Подул на нее, и пламя запылало сильнее. И тут он понял, что дров для костра у него нет, а палка прогорит до того, как он соберет необходимое количество сухих веток для ночного обогрева. Положив горящую палку как можно осторожнее на бревно, служившее ему вторым орудием, он кинулся собирать дрова. Носясь по лесу в темноте, он набил шишек, сбил в кровь пальцы ног, но собрал небольшую кучку хвороста. Однако к тому времени окончательно стемнело, и Брайан не смог найти место, присмотренное им для ночлега. Палка, судя по всему окончательно прогорела, и ее свет более не служил ориентиром в ночной мгле.
Брайан горестно завыл, и где-то вдали эхом отозвались волки. Это заставило парня мигом утихомирить растерзанные чувства и собрать в кулак волю. Среди хвороста он подобрал подходящие для розжига палки и вновь принялся за дело. Успел окончательно вымокнуть, но добыл-таки желанный огонь. Эта ночь была самой лучшей в его жизни. Он был сыт, ему было тепло. И самое главное - он заснул, полностью удовлетворенный собой, довольный проявленным терпением, смекалкой и собственной силой воли.
