Как ни странно, звери прислушались и успокоились. А спустя довольно долгое время, когда Брайан уже сам успел задремать, сидя у огня, они перебрались поближе, легли рядом друг с дружкой и тоже заснули. Где-то под ними копошились волчата, иной раз вылезая и вновь возвращаясь на место, подпихиваемые лапой волчицы. Узрев такую картину во время ночного пробуждения по естественной нужде, Брайан довольно усмехнулся и разлегся прямо на подсохшей глине у костра, предварительно подкинув в костер последние дрова.
Наутро дождь стих, небо вновь было ясным. Когда Брайан проснулся, волков уже не было. Парень наскоро перекусил, и тоже отправился по своим делам. Дела у него действительно были, вот только как их разрешить ему было неведомо. Вот и побрел он вчерашним маршрутом. Связываться с животными пока он больше не пытался. Ему хватало теплого комочка на плече, да и следовало осмыслить, как использовать эту связь. Зачем почем зря тревожить лесных братьев.
На ходу он заметил, что каким-то образом до него доносятся отголоски чувств зверька. Вначале от того исходило довольство. Потом повеяло нетерпением. А после оно чуть ли не перешло в тихую ярость. Удивленный Брайан приостановился и попытался наладить контакт с хищником. Оказалось, тот был крайне голоден, но не знал, как покинуть человека. Парень крайне удивился, почему зверек не может от него уйти. Даже испугался поначалу, что удерживает его против воли, вновь нарушая свой принцип. Но зверь успокоил его сомнения. Оказалось, что тому самому любопытно путешествовать с человеком, но голод гнал его прочь. Брайану пришлось пообещать подождать его на этом же самом месте, которое хищник пометил и смылся.
Ждать пришлось довольно долго. Брайан успел вновь проголодаться, достал свою корзинку и понял, что еды осталось на один перекус. С водой было гораздо проще. Зря он так опасался поначалу отходить от ручья. Край был щедр на водоемы, да и осени без просьб одаривала дождями. Покончив с орехами, он оставил тут же неудобную корзину и, дождавшись грызуна, двинулся дальше.
Мысли о скором голоде вновь одолевали, но любопытный контакт с животным, когда можно было узнавать его чувства каким-то наитием, отвлекал от насущных проблем. Под вечер небо вновь затянули тяжелые низкие тучи. Судя по цвету, из них пойдет уже не дождь, а снег. Продрогший, несмотря на быструю ходьбу, Брайан, поспешил собрать ветви и развести огонь. Но поднявшийся ветер был так силен, что даже деревья не могли сдерживать его пронизывающих прикосновений. Одежда Брайана стала казаться ему похоронным саваном. Даже костер, низко стелящийся по земле, порывами раздувало в разные стороны, и он не давал никакого тепла. Из темноты выбежал серый пятнистый кот и уставился на Брайана.
- Ты! Вернулся? - Удивился Брайан.
Серый независимо развернулся и растянулся по другую сторону от огня.
- То есть мимо проходил, на огонек забежал? - Посиневшими губами усмехнулся Брайан. - Моим огнем пользуешься, в гости заходишь, когда пожелаешь, а без гостинцев! А я голодный.
Серый одарил его волной презрительного негодования и закрыл глаза. Брайан восхитился кошачьей наглостью и устало вздохнул.
Сил сдерживать тепло внутри тела почти не осталось. Его зверек, видимо, тоже чувствовал неладное, и панически нарезал круги. А может паника была навеяна присутствием кота. Кот, судя по эмоциям, был совершенно ко всему равнодушен и просто спал. Уснул, наконец, и Брайан. А ночью почувствовал, как его ноги пылают от жара. Он испуганно раскрыл глаза, опасаясь, что окоченевшие ноги больше не служат ему. Но к его изумлению на нижних конечностях развалился котище, делясь с ним теплом. Брайан благодарно зажмурился, мысленно погладил кота и, стараясь его не потревожить и не спугнуть, вновь заснул.
Пробуждение
Утром кота нигде не было, будто он ему привиделся. Но раз Брайан смог проспать до восхода солнца и не отморозил при этом ног, все было взаправду. Его маленький зверек нетерпеливо вертелся у ног, ожидая, когда его погладят.
- Ласкуша ты какая. Девочка, наверняка? - Он приподнял зверька, и убедился в его принадлежности к роду самок. - Буду Лаской тебя величать.
