Новое подземелье разительно отличалось от предыдущего. В нем на стенах располагались крепежи, в которых ярко и весело огнем блистали факелы. Не было неприятных запахов. И откуда-то издалека вновь слышалась музыка. Похоже, их провожатая достигла конечной точки, убедилась, что жертвы никуда не денутся, и успокоилась. Даже порыкивать перестала и зубы спрятала.
Ее спокойствие и радовало и настораживало. А не поджидало ли за углом нечто худшее, чем эта тварь. Невольно подобравшись, Брайан двинулся дальше. Иногда к мелодичной музыке примешивались звуки пения, но чаще их заглушали звуки невидимых пока инструментов. Ни один из путешественников не мог похвастаться знаниями в музыкальной области, поэтому для них звуки музыки ни на что не расчленялись, оставаясь просто приятными для слуха. Перед очередным поворотом звучание усилилось. Они повернули за угол и очутились в огромном поле под звездным небом. Посредине него стояли шатры и накрытые столы. Последние изумляли роскошным убранством. Здесь были вышитые всеми цветами скатерти, золотые кубки с самоцветами, необыкновенные вазы из тончайшего стекла, в которых лежали неведомые фрукты. Изысканные серебряные кувшины с винами и резные деревянные стулья вокруг столов. Брайан смотрел на что угодно, лишь бы не видеть пирующих, которые при их появлении стихли, стихла и музыка, исчезли звуки хора. Лишь собака шумно сопела за спиной. Вдруг тишину прорезал тонкий высокий голос:
- Славная нынче охота вышла у тебя, Дара? Смотрю, дичь была резвая и сама подоспела к нашему ужину.
Голос исходил от мужчины с прекрасным лицом. Только сидела его голова на тонком тщедушном тельце, размеры которого подошли скорее бы карлику, нежели взрослому существу.
- Вас никто не приглашал на мой пир, вам никто не рад.
Сидящие за столами согласно закивали. Чьи-то головы украшали рога, чьи-то пятачки, у некоторых на ногах красовались копыта. У других были другие уродства, которые сразу не бросались в глаза.
- Однако мы милостивы и гостеприимны. Эльфы - самый дружелюбный народ. Не так ли?
Поданные вновь согласно закивали. И их правитель продолжил.
- Садитесь за столы, вкушайте наши яства, - он повелительно повел рукой, и тут же несколько придворных подскочили с мест, разделили мужчин и повели в разные стороны, практически насильно усаживая на стулья.
Брайан почувствовал мучительный спазм в животе, разглядывая изобилие различных блюд. Запеченные целиком гуси, утки, свинина, форель, вкуснейшие хлеба и лепешки, отварные овощи, удивительные фрукты. Съесть хотелось все и сразу, но что-то не давало поднять руку к столу. Какое-то непостижимое беспокойство. И тут Брайан понял, что это не его беспокойство, что он каким-то непонятным образом ощущает теперь Тревора. Как раньше Ласку. Он поднял голову и не удивился, заметив, как парень пристально на него смотрит, словно желая что-то сообщить. Тревор поднял руку к голове и будто случайно пригладил себе волосы. Брайан слегка прикрыл глаза и попытался понять, о чем думает Тревор. "Ничего не ешь. Останешься здесь навеки. Ничего не пей. Забудешь дорогу домой". Брайан разочарованно сглотнул. Тут же к нему пристали с уговорами эльфы. Они просили его попробовать то или другое, уговаривали и предлагали всевозможные кушанья. Желудок сопротивлялся такому непонятному самоистязанию и кричал все громче и громче, так что, в конце концов, Брайан даже раскраснелся от стыда. "Могу ли я хоть что-то здесь съесть? - попытался достучаться он до Тревора. - Голод раздирает живот, да и заставляют". Он удивился, получив ответ: "Ячменные лепешки. Больше ничего".
Брайан был рад и такой малости, разом накинувшись на лепешки, будто они были самым вкусным блюдом на земле. Эльф, сидящий справа, у которого была огромная бородавка на прекрасном чистом лбу, недовольно поморщился, но ничего не сказал. Зато фальцетом завопил их правитель.
- Вы отказываетесь от моих даров?! Почему вы так мало вкушаете блюд? Мои повара плохо справляются со своими обязанностями? Или это вы настолько невежливые гости?
Брайан поперхнулся суховатой лепешкой и отрицательно замотал головой. Выручил всех Гвин, нашедший в себе силы весело рассмеяться и добродушно отшутиться:
- Что вы, о великолепнейший из всех правителей мира, вы снизошли к нам, усадив нас с вами за одним столом, мы бы не посмели ответить вам черной неблагодарностью. Повелитель благосклонно кивнул на эти речи, но недовольства в его лике не убавилось.
- Но мы дали обет.
- Что за обет, мешающий вам есть и пить вино? - Возмущенно воскликнул главный эльф.
- Мы проходим испытания у лесных друидов, и пока они не закончатся, нам нельзя пить ничего, кроме ключевой воды, и есть ничего, кроме овсяных лепешек.
- В чем заключается ваше испытание, удивительный человек?
- Оно совершенно не выполнимо, о прекраснейший, - грустно понурил голову Гвин.
- Не стоит дольше терзать мое любопытство, смертный, говори.
- Мы должны отыскать прекраснейший цветок, самую красивую девушку, какую только может увидеть человеческий глаз.
Повелитель удивленно и вместе с тем удовлетворенно хохотнул.
