До вечера пришлось носиться по поместью, как скаженной, ни минутки покоя у меня не нашлось. Даже на то, чтобы постоять у очага, подсушить платье — так и бегала в сыром. Дел было столько, что и вздохнуть некогда, про еду я и вовсе забыла. И в лесной домик брела уже в темноте, мечтая лишь о том, чтобы доползти, заварить себе разных травок и улечься на свою твердую кровать.
И замерла изумленно, подойдя к порогу, потому что в домике было весело. Хохотал Таир, тоненько заливалась Леля, тявкала Тенька и… смеялся Ильмир. Я привалилась плечом к стене, прислушиваясь. Так эти звуки непривычны были. Заходить стало боязно как-то, так что я сама на себя рассердилась. Вот еще, надумала бояться — в моем доме гости, а не наоборот! И решительно расправив плечи, переступила порог.
Встала у двери, обозревая картину: детишки сидели рядышком на лавке, Ильмир — напротив, а на столе… Чего там только не было! И кренделя, и леденцы на палочках, и орехи, и сладости, и булочки маковые! Хлесса довольная примостилась у служителя в ногах, и он рассеянно гладил ее, привычно так, что у меня сердце дрогнуло.
— Пришла! — завопила Леля, доставая изо рта леденец. Я на нее зыркнула, чтобы не вздумала меня по имени назвать, а то вдруг забыла, как теперь величать? Но зря переживала, детишки у меня прозорливые и цепкие, да и хитрюги к тому же. Таир подмигнул, чтобы служитель не видел, и принялся меня обхаживать. На лавку возле служителя усадил, кинулся к очагу за котелком с горячей водой.
— Сейчас чаевничать будем, — обрадовал он. — Тебя только и ждали, Вересенья!
— Вижу, уже познакомились, — пробурчала я, искоса поглядывая на служителя. Он улыбался, смотрел дружелюбно.
— Ваши покупки я у дверей поставил, — сообщил он.
— А это что? — кивнула я на стол. — Я это не просила.
— Так кто же ходит в гости с пустыми руками? — вскинул он светлую бровь. — Гостинцы. Только я вот думал, что детишки у вас помладше будут. А у вас вон…
— Я уже пятнадцать весен встретил! — важно объявил от очага Таир.
— А я четырнадцать! — встряла Леля.
— Взрослые, — серьезно кивнул Ильмир. — Уже помощники.
— Еще какие помощники, — согласилась я. — Что бы я без них делала!
— А сама вчера ругалась! — припомнила вредная Леля. — А теперь, значит, все-таки помощники?
— За дело ругалась, — смутилась я. — На свои забавы всю крупу перевели!
— Мы не на забаву, — возмутилась вредная сестрица, — мы хотели выяснить, где у мышей нора!
— Так у вас же кот есть? — удивился служитель.
Я в угол глянула, да чуть без чувств не свалилась. За лавкой сидел коргоруш, еще и умывался. Словно кот обычный. Конечно, простой человек зверя пушистого и увидит, а вот служитель может и другое разглядеть! Что не зверь то вовсе, а дух, еще и пакостливый к тому же! Я коту тайком кулак показала, так он сделал вид, что не заметил, лишь усерднее усы намывать стал, негодник! Ничего, уйдет гость, я до него доберусь…
А тут еще и хлесса добавила: положила голову Ильмиру на колени, чтобы за ушами почесал! Я морок осмотрела испуганно: вроде, шавка как шавка, клыки не слишком выпирают. Лишь бы рыкнуть не надумала! Только расслабилась, Саяна по притолоке притопала, свесилась с балки, смотрит желтым глазом. Каркнет — в суп отправлю, мрачно решила я. Ворона покосилась, открыла клюв, подумала… и закрыла. И обратно в угол утопала, зыркнув на меня недовольно. Я вздохнула с облегчением.
— Над чем смеялись-то? — полюбопытствовала, пока детишки кружки на столе расставляли.
— А Ильмир нам про свое детство рассказывал, — пояснил Таир и подул на пальцы. — Смешно было.
— И мне расскажите, и я посмеюсь, — тихо попросила я, боясь поднять глаза на служителя. И снова рассердилась на себя. Да чего это я! Подняла, встретилась с ним взглядом. Он смотрел задумчиво, чуть нахмурившись.
— Еще гостинцы? — кивнула я на его руки, что сжимали книгу. — Сказки?
— Простите, — улыбнулся он. — Я ведь говорю, ожидал тут детишек маленьких встретить. Просто вы совсем молодо выглядите, Вересенья, вот я и подумал…
— А я сказки люблю, — встряла Леля, вытащила из ладоней Ильмира книгу, раскрыла. — О, вот эту сказку особенно! Про зачарованную царевну! Как вы думаете, может, и правда так бывает?
— Как? — подхватил Таир, заглядывая 'братику' через плечо.
— Вот так! Что царевну зачаровал злой колдун, и все на свете она забыла! И царевича своего, и дом родной, и обещания свои! Может такое быть?
Я поперхнулась травником, погрозила Леле кулаком. Но вредина сделала вид, что не заметила.
— А что, вполне! — весомо подтвердил Таир. — Я вот слышал от дядек, что такое с одним… пастухом приключилось, представляете? Встал наутро и ничего не помнит! Ни супружницу, ни детей! Ничегошеньки! Отшибло память, как не было!
Я снова поперхнулась и погрозила уже Таиру. Но этот паршивец отвернулся, глаза отвел, как ни в чем не бывало. А я сидела ни жива, ни мертва от волнения. Посмотрела искоса: служитель молчал, хоть глаза синие и потемнели, словно море заволновалось. А мои помощнички все не унимались!
