– Да, это она, – смог выхватить слух Верона из общего фона голосов. Дальше нарастающий тон. Грубое ворчание. Верещание. Крик. Плач. Удар. Рыдания. Ещё удар. Звук упавшего на пол тела. Но плачь ещё слышен. Только тихий. Значит, она жива. Потом невнятный диалог.
– Спасибо!.. – неуверенно звучит на планетарном. Голос мужской.
И вот группа снова приближается к Верону, но на этот раз он спокоен – они пройдут мимо, нужно только сохранять тишину. Так и происходит. Шаги удаляются и стихают. Проходит минута. Верон понимает: пора. Он осторожно выглядывает в коридор – сначала в сторону лестницы, потом в сторону выхода. Пусто.
Зоолог медленно вышел из помещения и замер, глядя в проход к залитой солнцем равнине. Он увидел впереди спешно удалявшуюся фигуру. Затем он опустил глаза, быстро уставшие от яркого света. Посмотрел себе под ноги. И наконец обернулся в сторону лестницы, где воцарилась кромешная тьма. Мгновение спустя он уже решительным шагом шёл к лестнице, постепенно переходя на бег.
* * *
Поднявшись на один этаж, Верон вышел на лифтовую площадку и оказался у широкого портала, за которым находился вестибюль здания. Здесь было шумно: шаги тысяч пар ног за стеной сливались в едином шипении полноводного потока людей, влекомых непонятной силой. Но что-то показалось его слуху особенно странным, и мгновение спустя он понял: никто из проходящих через помещение человеческих масс не издавал ни звука – не было слышно ни слов, ни плача, вообще ничего, кроме шарканья подошв.
Подойдя к краю стены, зоолог осторожно выглянул из-за неё, увидев множество людей, шарящих вокруг пустым, невидящим взглядом. Он тут же выскочил в проход и схватил за руку первого попавшегося мужчину:
– Куда вас ведут? В Цитадель? – шёпотом спросил Верон.
Но прохожий в страхе метнулся от него, как от огня, и вскоре стало понятно почему: в спину зоолога немедленно последовал удар столь сильный, что сбил его с ног.
– Nevo parlo, – послышался сзади холодный голос.
Вдруг невероятно мощная рука схватила зоолога за шиворот и подняла на ноги, а затем последовал пинок, от которого он снова чуть не упал, но, влетев в спину человека спереди, сумел устоять, а тот сделал вид, что ничего не заметил. Пришлось продолжить путь молча.
Но через некоторое время послышался дрожавший от напряжения женский голос, начавшийся как шёпот, но его обладательница, сама не замечая, постепенно повышала тон:
– Да что же это, в конце концов, происходит?! Чего они хотят от нас, эти ужасные создания? Они же убьют нас всех! Где армия, где Секретарь, авиация, спутники, где всё это?! Почему нас никто не спасает? – в конце она уже не в силах была сдержать слёз отчаяния, хотя и пытаясь при этом изобразить на лице ироничную улыбку. Она вертела головой туда-сюда, вопросительно заглядывая в лица шедших рядом с ней, но те лишь опасливо отстранялись от неё, а некоторые даже едва заметно угрожающе толкали локтем, призывая тем самым прекратить истерику и не вызывать гнева конвоиров, которые шли в общем потоке людей, рассредоточившись и наблюдая за порядком изнутри строя.
Оглядевшись по сторонам в поисках обладательницы тревожного голоса, Верон увидел её: это была та самая женщина, на которую была организована засада.
– Не смейте на меня шикать! – недовольно проворчала она идущему слева от неё щуплому мужчине с узенькой седой бородкой. – Это неслыханно! Через час я должна быть у себя в лаборатории, иначе вся реакция пойдёт насмарку!
Мужчина хмурился в ответ ещё сильнее, но рта не открывал, а только всё более отчаянно жестикулировал, при этом глаза его постепенно наполнялись печальной раздражительностью, так как он видел, что добивается лишь обратного эффекта.
Наконец к женщине сзади подошёл один из
– Да, это я. И, честно говоря, всё это доставляет колоссальные неудобства… Вы понимаете?