Ракеш покачал головой с досадливой улыбкой.
– Значит, не хочешь, – Он встал и прошёлся по травянистой поляне, не сводя глаз с зоолога. – Ну тогда мне ничего не остаётся, кроме как быть рядом и ждать, чтобы ты хоть немного поумнел, – он едва заметно взмахнул кистью руки, и Бен аккуратно поднялся и отошёл в сторону, освободив Верону путь ко входу в хранилище.
Тот встал на ноги, отряхнул с одежды хвойные иголки и сухую листву, огляделся по сторонам и растерянно спросил:
– А где ребёнок?
Спустя долю секунды он сделал очевидный вывод, обратив внимание на приоткрытую наискось дверь хранилища. Зоолог тут же рванул к ней и попытался раздвинуть створки, но они встали намертво, и было совершенно непонятно, как мальчик смог раздвинуть их сам (если это, конечно, сделал он). Сзади раздался короткий посвист, а затем голос Ракеша произнёс:
– Дай-ка Бен попробует.
Только Верон подался назад, как мигом подоспевший робот одним движением со страшным скрипом раскрыл проход почти на полную ширину. Айзек был внутри. Он стоял чуть поодаль, спиной к выходу, в какой-то неестественной позе, и глядел чуть наверх.
– Айзек! – громким шёпотом окликнул его Верон, но ребёнок никак не отреагировал.
Лишь спустя несколько секунд глаза зоолога начали помаленьку адаптироваться к сумраку, царившему в помещении. Сделав наконец шаг внутрь, он тут же ощутил тяжёлый букет ароматов химических соединений в той или иной стадии разложения: весь пол был усыпан пузырьками и бутылями из-под лекарств, почти все они были открыты, и их содержимое пропитало собой наметённую снаружи пыль и собравшиеся по углам комья земли.
Верон не раз бывал внутри таких же, как это, типовых хранилищ, и теперь его удивило, что высокие крепкие стеллажи, всегда представлявшиеся ему раньше монолитными, монументальными сооружениями, здесь были в большой части повалены друг на друга с такой кажущейся лёгкостью, будто по залу этого склада прошёл ураган. Однако, некоторые не устоявшие шкафы не смогли и упасть, а замерли в каких-то кривых положениях, и зоолог не сразу заметил почему: оказалось, что весь зал пронизывали, опоясывали и пересекали тысячи тонких прозрачных трубок, идущих то по одной, то пучками. Иногда они провисали в проходах на манер лиан, а иногда были до предела натянуты. Именно на этих трубках, кое-где всё-таки порванных, и удерживались от падения тяжёлые маркированные полки. Осматривая всю эту хаотическую конструкцию, Верон и увидел наконец, на что уставился застывший мальчик: на некоторой высоте впереди него, внутри слипшегося и перекрученного конгломерата этих самых трубок, был различим силуэт человека.
Стараясь не издавать никаких звуков, Верон медленно подошёл к Айзеку, всё же наступив по пути на один из флаконов: он не лопнул, но полимер его стенок издал довольно громкий скрип. Впрочем, даже на него мальчик не обернулся, хотя и вздрогнул. Всё внимание ребёнка было приковано к телу – невозможно было сказать, мужчины или женщины, – свисавшему в вертикальном положении, с немного раскинутыми руками. Тело казалось очень тонким и коротким, но оно явно принадлежало взрослому, судя по длине пальцев и проступавших сквозь абсолютно чёрную кожу костей. Трудно было сказать, что именно произошло с этим беднягой: он либо высох, либо сгорел, а скорее всего – нечто среднее.
Подойдя к мальчику, Верон очень аккуратно и молча присел на колени рядом с ним и положил руки ему на плечи.
– Мне страшно! – тихо произнёс Айзек.
– Мне тоже, – ответил зоолог.
– Что с ним произошло?
Некоторое время Верон не мог придумать, что ответить.
– Очевидно… новый мир таит ряд опасностей. Одна из которых может сейчас угрожать и нам.
Сзади послышался хриплый шёпот Ракеша:
– Вы там ещё не нагулялись?! А то, может, спасём свои шкуры и смоемся отсюда?
Нахмурившись, но всё так же не оборачиваясь, мальчик сказал:
– Дяде Ракешу тоже страшно.
– Конечно, – ответил Верон. – Страх – это инструмент эволюции.
– То есть, благодаря ему, люди выжили в природе?
– В том числе. Это один из инструментов. Но не единственный.
– А какие есть ещё?
– Например, знания. Или сила. Или твоя любознательность.
– А доброта – это инструмент эволюции?
– Твой отец считал, что да.
– Но он ведь не выжил.
– А вот это уже будет зависеть от тебя.
Айзек ничего не ответил, но перевёл взгляд с тела погибшего бродяги куда-то в сторону.
– Достань фазер, – тихо, но вкрадчиво произнёс Верон. Мальчик неторопливым движением достал оружие из поясного чехла и крепко сжал его ладонью, продолжая всматриваться в окружающий бедлам. – Если кто-то вдруг атакует тебя из-за угла – ты убьёшь его.
– Одним выстрелом, – кивнул Айзек.
– Одним выстрелом, – подтвердил зоолог. – А теперь… давай немного прошвырнёмся тут. Вдруг найдём что-то полезное перед тем, как отправиться дальше.
– Например, что?
– Ну, закрытые пузырьки, витамины или что-нибудь ещё, непохожее на мусор.
Ребёнок пожал плечами и с неким сомнением поднял брови, но двинулся наконец с места и стал более вовлечённо разглядывать окружающий хлам.