Но и сам Ланда, осуждавший эти зверства, прославился дикой жестокостью — он возглавлял инквизицию в провинции Новая Испания. Многие индейцы, скопом окрещенные, тайно исповедовали прежние верования или просто исполняли какие-то домашние обряды. Таких арестовывали, некоторых сожгли, 6330 мужчин и женщин подвергли истязаниям. Подвешивали на вывернутых руках, секли, жгли каленым железом и кипящим воском. Вставляли в тело полый рог и заливали во внутренности горячую воду, а потом били по раздувшемуся животу. 157 человек умерли, многие остались калеками. При этом Ланда собрал по городам майя все книги, рукописи, статуи, и в 1562 г. устроил грандиозное аутодафе — все это сжег. История и культура древней цивилизации сгорели в один день. До наших дней сохранились лишь 3 книги майя, тайна их письменности утрачена.
Ограбление колоний принесло в Европу колоссальные богатства. За 100 лет количество серебра, находившееся в обращении, увеличилось втрое, а золота вдвое. Но сама Испания ни малейшей выгоды от этого не получила. Поток драгоценных металлов вызвал инфляцию, цены выросли в 4–5 раз. Дворяне, крестьяне, ремесленники разорялись, а в выигрыше оказались торгаши. Но они были отнюдь не испанцами! Испанскому дворянству вообще запрещалось заниматься торговлей и промыслами. Этим занимались нидерландцы.
Нидерланды были самой густонаселенной областью Европы, на небольшом пространстве сгрудились 300 городов. Они разбогатели в составе Ганзы на балтийской торговле, а когда перешли под власть Испании, то оказались в привилегированом положении. Ведь Карл V до получения испанской короны был нидерландским князем, благоволил своей исконной земле, дал ей большие права. Власть короля здесь была ограничена, действовали сословные представительные учреждения — штаты, сами устанавливали налоги и законы.
Такие выгоды привлекали иностранцев, сюда стали вкладывать деньги английские и итальянские толстосумы, основывали суконные, ткацкие мануфактуры. На Нидерланды не распространялись полномочия инквизиции, в эту страну перебирались евреи, приняв фиктивное крещение. А главное, подданство Испании допустило местных воротил в Америку! Испанские воины покоряли индейцев, погибали в боях, умирали от болезней, а все, что они награбили, утекало в руки нидерландских купцов. Португальцы, кстати, тоже торговать не умели. Все колониальные товары у них считались монополией короля, и привезенные в Европу пряности оптом сбывались тем же нидерландцам.
Но когда торгаши и банкиры под эгидой Испании сколотили огромные капиталы, им захотелось получить и всю полноту власти. Совсем освободиться от регламентации короля, церкви и править в собственное удовольствие. Наместницей Нидерландов была в это время сводная сестра Филиппа II Маргарита Пармская. Дамочка недалекая, она любила поразвлечься, вкусно покушать, потанцевать, а делами не занималась вообще. Уступила их штатгальтеру Вильгельму Оранскому. Да и то сказать, неужели он не разберется? Этот князь крошечных владений Оранж и Нассау состоял на службе Испании, был доверенным лицом Карла V и Филиппа. Его и назначили в Нидерданды, чтобы он осуществлял управление при такой наместнице. Но Вильгельм изменил королю. Он вошел в альянс с местными богачами, дворянами, и под носом благодушной Маргариты государственный совет Нидерландов превратился в гнездо заговора. Идейным знаменем сепаратистов стал кальвинизм.
В 1566 г. были спровоцированы беспорядки. Чернь громила церкви, монастыри, ломала утварь, жгла иконы. Король слал указания навести порядок, но перепуганная Маргарита была в полной прострации, а Оранский никаких мер не принимал. Напротив, представители власти поощряли разгул. Среди погромщиков внедрялись лозунги освобождения от испанского «гнета» (которого и в помине не было). Было разорено 5,5 тыс. храмов, убиты и изувечены десятки тысяч людей. Наконец, Филипп II понял, что его приказы саботируют, в 1567 г. направил в Нидерланды герцога Альбу с войсками. Он быстро усмирил мятеж, разогнал изменнический госсовет. Наказал бунтовавшие города установлением высоких налогов. Более тысячи человек казнил, отправил на каторги. Вводилась инквизиция, проповедники ереси корчились на кострах.
Но Альба, умелый и суровый полководец, был плохим политиком. Нидерландская оппозиция успела расколоться. Оранский встал на путь откровенного предательства, призывал к войне против короля, соглашался перейти в подданство Англии. А «умеренные» во главе с Горном и Эгмонтом были против отделения от Испании и вооруженной борьбы. Экстремисты удрали, а Альба отправил на плаху «умеренных». Тех, с кем можно было договориться. Ну а нидерландских богачей возмутило принудительное налогообложение, они использовали казни для антииспанской агитации, и снова забурлило…
