Стиль самого Путина с годами прогрессирует в обратную сторону. Его дворец в Геленджике — эталонное архитектурное альтер-эго своего владельца. Этот дворец становится все более и более имперским — и снаружи, и изнутри. Пик последнего ремонта пришелся на время, когда Путин готовил и вел войну с Украиной. Он, кажется, сам пал жертвой собственного лицемерия, уверовав в свою «миссию». У русских императоров прямо в Зимнем дворце были, помимо прочих излишеств, своя домовая церковь, множество исторических полотен и, конечно, трон. После ремонта все это появилось и во дворце Путина. Картины в одной из комнат изображают исключительно битвы, кровавые и мрачные. Полотно, где окровавленных трупов особенно много, так и называется — «Доколе, Господи?»406
Из героев этой главы самая показательная судьба ждала Павла Бородина и его ведомство. Первый кремлевский управделами новой России — занимательная личность. Абсолютно все люди, с которыми мы за время своей карьеры беседовали о Бородине, повторяли как аксиому: он вор из воров. Удивительное единодушие от сторонников и противников Путина. Не забывайте, что Бородин был первым боссом Путина в Москве, человеком, показавшим тому, как делаются дела в столице.
Провернув ремонт Кремля и избежав — не без помощи Путина — преследования по делу «Мабетекс», Бородин вскоре все равно оказался за решеткой. Но не в России, а в США, куда он приехал для участия в инаугурации президента Джорджа Буша-младшего. Несмотря на столь серьезный повод, американцы задержали российского чиновника по запросу Швейцарии, где расследовалось свое дело о взятках при реконструкции Кремля. Москва предприняла беспрецедентные усилия для освобождения Бородина — в прессе развернулась кампания в его защиту, а правительство внесло за чиновника залог в размере трех миллионов долларов, после чего кремлевский завхоз отправился домой.
Впрочем, вернувшись на родину, Бородин перестал работать управделами президента. На эту ответственную должность Путин назначил еще более своего человека — бывшего комсомольского вожака из Ленинграда Владимира Кожина. Многочисленные журналистские расследования свидетельствуют, что он вряд ли был менее коррумпированным чиновником, чем Бородин. Но точно был еще более проворным. При нем управделами стало государством в государстве — многомиллиардные госконтракты на ремонт, стройку, медобслуживание, еду и прочее распределялись без какого-либо общественного контроля между связанными с Кожиным бизнесменами407. Закончил он примерно тем же, чем и Бородин. Кожин тоже решил провести ремонт Кремля, очередной. На этот раз реконструкция затронула 14-й корпус — тот самый, где когда-то организовали временный кабинет Ельцина без удобств. Ремонт не задался: здание пытались вернуть к жизни на протяжении 13 лет, и после многочисленных строительных неудач Путин велел его снести. А новым управляющим своими делами в 2014 году сделал Александра Колпакова, собственного охранника. Вора сменил держиморда. Это был закономерный этап эволюции органа, в котором Путин начал свою большую карьеру. Ведь в России наступало время страха и жестокости.