Шутов старше своих коллег по офису Собчака. В 70-х он тоже работал, так сказать, по экономической линии — в Ленинградском управлении статистики, и по долгу службы неплохо понимал слабые стороны советской экономики422. Одна из таких слабостей состояла в том, что государственную собственность было легко украсть. Этим занимались многочисленные несуны, о которых мы говорили в предыдущей части. Шутов и сам стал несуном: он с компаньонами умыкнул изрядные запасы сетки-рабицы, очень дефицитного в СССР товара. Кроме того, он фальсифицировал строительные подряды и присваивал выделенные на работу деньги. Когда дело дошло до обысков по месту службы Шутова, несун устроил сразу три пожара — на загородной базе, где хранились, как тогда говорилось, «материальные ценности», в архиве статистического управления и в одном из кабинетов Смольного дворца, где в то время, как и сейчас, располагалось городское правительство. Дело нешуточное — поджог здания, откуда Владимир Ленин когда-то руководил октябрьской революцией. За такое в Советском Союзе могли посадить надолго. И Шутова приговорили к пяти годам лагерей — на свободе он оказался во второй половине 80-х. Тюрьма не вылечила его ни от пиромании (огонь будет играть в его жизни важную роль), ни от эксцентричности. В 1990 году бывший статистик и заключенный стал героем главного журнала страны. «Огонек», по сути — печатный орган перестройки, написал про Шутова программную статью «Пожар в штабе революции»423.
Описанный в статье эпизод — все тот же устроенный Шутовым пожар в Смольном. Но смысл был прямо противоположным: Шутов в статье представлялся героем демократических убеждений, которого оболгали и посадили в тюрьму партийные боссы. Шутов умел «обволакивать собеседников», как это называет его тогдашний знакомый: «Был гениальным актером». Жертвой его актерской игры стал и соавтор текста в «Огоньке» Марк Григорьев. Его кратковременное очарование Шутовым запустило необратимую цепь ужаснейших событий, в результате которых на тот свет отправится большинство героев этой главы.
Итак, 1990 год. Шутов, герой «Огонька», устраивается работать к Собчаку — на небольшую ставку в 75 рублей. Путин тоже работает у Собчака. Главным образом Шутов отвечал у петербургского начальника за грязные политтехнологии. По сути, он создал в России новую профессию — «телекиллера», то есть репортера, на заказ уничтожающего чужую репутацию. На ленинградском телевидении тогда работал молодой журналист Александр Невзоров, только начавший набирать популярность. Он и Шутов стали негласными компаньонами: политик подбрасывал телевизионщику рейтинговые сюжеты, а за это получал карьерные выгоды. Например, у Собчака, то есть босса Шутова, возникли проблемы с депутатами Ленсовета от демократических сил. Невзоров выпустил телесюжет, где коварные депутаты, изображенные в виде крыс, нападают на сделанный из шоколада символ города — статую «Медный всадник»424. Враги Собчака были осмеяны. За день до съемок Шутов сам притащил в студию лабораторных крыс, измазал их темной гуашью, а после записи на пару с Невзоровым убивал их ударами палки425. Одним словом, Шутов был изобретательным человеком. В офисе Собчака скоро поняли, что такого проходимца даже они не готовы терпеть. Шутова уволили — тогда он навсегда поссорился с Собчаком и Путиным. Наверное, поссорился и с Маневичем, который с какого-то момента отвечал в городском правительстве за приватизацию госпредприятий. И Шутов начал мстить.