ЦАРЬ СОБСТВЕННОЙ ПЕРСОНОЙ полностью

С Путиным же произошло иначе. Расправа над Скуратовым сыграла в его карьере положительную роль. Пройдет еще несколько месяцев, и Ельцин сперва назначит своего протеже премьер-министром, а потом и вовсе досрочно уйдет в отставку, сделав Путина исполняющим обязанности президента. С этой позиции Путин выиграет выборы в марте 2000 года. Вероятно, это были последние президентские выборы в путинской России, в которых присутствовала хоть какая-то конкуренция. Свой результат 2000 года — 52,94 % голосов — Путин впоследствии раз за разом только «улучшал»: на всех последующих выборах главы государства он с помощью фальсификаций и репрессий уже не набирал меньше 63 %. «Противников путинского курса больше нет, а если и есть, то это психически больные и их нужно отправить на диспансеризацию. Путин — везде, Путин — всё, Путин абсолютен, Путин незаменим», — спустя время скажет о российском лидере политолог и один из вдохновителей будущей войны против Украины Александр Дугин⁷. С какого-то момента так же по-придворному подобострастно, как о царе, о Путине стала говорить вся российская политическая элита.

По прошествии лет может показаться, что Путин стал случайным исполнителем воли дряхлеющего президента по устранению политического противника. Может также показаться, что «семьей» и Путиным двигали соображения высокой морали — ведь нехорошо, если глава прокуратуры, человек, надзирающий за соблюдением законности в стране, попадается на внебрачной связи с путанами, да еще и за чужой счет.

Но и то, и другое — абсолютное заблуждение. Путиным двигала точно не мораль, а скорее личная корысть, мстительность и холодный расчет. Чтобы рассказать скрытую часть этой истории, надо вернуться в родной город Путина Санкт-Петербург, а точнее Ленинград, как он назывался в то время, когда нынешний президент России начал свой путь к трону.

Именно в Ленинград в самом начале 1990 года⁸ из пятилетней зарубежной командировки вернулся молодой офицер КГБ Владимир Путин. Советская империя рушилась, силу набирало демократическое движение. Перемены, казалось, быстро увлекли и Путина. Сначала — еще в погонах госбезопасности — он был командирован в руководство Ленинградского госуниверситета. Оттуда пошел в помощники, а потом заместители Анатолия Собчака. Для этого известного ленинградского политика, юриста и оратора 1990–1991 годы были звездным периодом. На волне демократических перемен он сначала стал главой Ленсовета (де-факто главного органа управления Ленинграда, второго по размерам советского города), а спустя несколько месяцев был избран первым мэром Санкт-Петербурга (так город переименовали на референдуме, прошедшем одновременно с выборами). В этом стремительном карьерном лифте вместе с Собчаком ехал и Путин. Сначала помощник, «принеси-подай» при Собчаке, как называет Путина встречавшийся с ним тогда Шалва Чигиринский, потом заместитель, первый заместитель и руководитель ключевых подразделений мэрии Санкт-Петербурга — это должности, которые нынешний президент России занимал в 1990–1996 годах.

До сих пор точно не установлено, что двигало офицером Путиным, когда он, как будто забыв о карьере в «конторе» — так зачастую называют КГБ и ФСБ, — устроился на работу сначала в университет, а потом — к Собчаку. По версии, которую в своих интервью отстаивал сам Путин⁹, он добровольно отказался от службы в разведке, выбрав спокойную работу «на гражданке», а потом, в августе 1991 года, и вовсе написал рапорт об отставке из КГБ. Мы спросили у ветерана советских спецслужб¹⁰, могло ли быть так, чтобы действующий офицер КГБ по своей воле устроился на работу в университет, а потом в мэрию. Ответ был однозначным: это в принципе невозможно, даже в условиях беспорядка начала 90-х. По словам нашего собеседника (как и некоторых других бывших чекистов¹¹), Путина отправили в университет, а следом в мэрию (он поменял работу спустя каких-то три месяца) как «подкрышника», то есть офицера КГБ, работающего под прикрытием гражданской должности. Некоторые исследователи даже полагают¹², что КГБ в 1990 году делегировал Путина во власть с далеко идущими планами — внедрить своего агента в демократические силы, которые тогда повсеместно набирали влияние.