— Нет. У меня в этом семестре только два дня заняты, правда, с утра до вечера. А вообще, пока снег лежит, можно особо не опасаться — цыгане на джипах не ездят, разве только богатые, но им мой домишко не интересен.
— На чем не ездят?
— Извини. На внедорожниках. Слово «джип» — из американского варианта английского, означает легковой автомобиль с полным приводом, повышенной проходимости. Кстати, у америкосов даже такая марка машин есть.
— Понятно. Спасибо за объяснение. Так посылать старшину?
— Пока не надо. Может быть, ближе к весне.
— Смотри. Сам знаешь, чем рискуешь. Но робота-охранника я тебе дам. И даже не думай отказываться. — тоном, не терпящим возражений, заявил Первушин.
— Это какого — с пулеметом и снайперкой? О-бал-деть! Вот будет веселье, если он каких-нибудь мазуриков положит. — решил пошутить я, но Владимир посмотрел на меня, как на малое дитя, и вполне серьезно пояснил:
— Речь идет о гражданской модели, вооруженной спецсредствами, а именно: четырьмя электродротиками, ультразвуковым излучателем, шестью баллончиками аэрозольно-струйного типа со слезоточивым газом «Сирень», устройством для метания капроновой сети «Паутина» и нижним захватом-фиксатором «Клешня».
— Ну так это другой разговор! Давай своего робота. А инструкция к нему прилагается?
— Конечно. Куда же без нее? Я тебе даже запасных электродротиков и баллончиков дам, плюс аккумуляторы, зарядное устройство и все, что нужно.
— Вот за это — спасибо!
— Пожалуйста. Но очень тебя прошу — дом по возможности без присмотра не оставляй, а гараж тем более. Ты ведь один живешь?
— Ага.
— Что, так и не нашел даму сердца?
— Володь, не начинай, а?
— Ладно, ладно. А твои родители и сестра в курсе?
— Пока нет.
— Хм, однако. Ты у нас прямо секретный агент. Когда им сообщишь о переходнике? — Первушин именно так и спросил, то есть, прекрасно знал, что долго сохранить в тайне от самых близких людей
— А ты что посоветуешь?
— Тебе на месте видней. Но постарайся сделать это раньше, чем они сами догадаются. Только вот насчет сестры я не уверен. Помнишь, что Вылчан про женщин говорил?
— Обижаешь, она у меня дама серьезная, не из болтливых. Надо только придумать, что Верочке говорить.
— Верочка — твоя племянница?
— Ага. Егоза страшная. Впрочем, для ее возраста это нормально. Скоро тринадцать лет будет.
— Понятно. Да, вот еще что: у меня к тебе огромная просьба — ты мне заранее сообщай, когда надумаешь прийти, хорошо? Сам понимаешь: у нас тут не концерт по заявкам.
— Хорошо, договорились.
— Стало быть, в следующий раз ты придешь через… — Владимир заглянул в записную книжку — двадцать дней?
— Да.
— Во сколько? Не из пустого любопытства спрашиваю — мне постовых предупредить надо.
— Ясно. Приду утром, между половиной десятого и десятью по местному времени.
— Хорошо. С ребятами хочешь повидаться? У нас трое новеньких, в том числе одна девушка.
— Спрашиваешь!
Нашего полку действительно прибыло: в просторном учебном классе было тесно, кое-где сидели даже по трое за партой. Мы попали на семинар по тактической подготовке, проводимый старшим лейтенантом Найденовым. Стоило нам с Первушиным показаться в дверях, как все ребята вскочили, встали по стойке смирно, но не смогли удержать радостных улыбок и совсем не по уставу повернули головы в нашу сторону. Выслушав приветствие и доклад старшего лейтенанта, поздоровавшись уже не с четниками, а с курсантами первого учебного взвода первой учебной роты первого учебного батальона народного ополчения, Владимир, как старший по званию, извинился за наше внезапное появление, сказал: «Продолжайте занятие, товарищ старший лейтенант», и мы вышли в коридор.
— Ну как тебе наши соколята? — не без гордости спросил Первушин.
— Молодцы. Серьезно вы за дело взялись: все в камуфляже, «другарю»[17] вовсю используют, тактику изучают.
— Готовим младшие командные кадры для будущей революционной армии. Ну а кое-кто и дальше пойдет — есть очень способные ребята. Только бы переходник не подвел!
Из учебного корпуса мы отправились на полосу препятствий и я в очередной раз отметил серьезность и основательность людей из мира 2041-го года. А дальше товарищ подполковник провел небольшую экскурсию по их базе, с которой я уже немного успел познакомиться, представил меня всем, кто на тот момент был там, приказав пропускать «товарища Иванова» беспрепятственно и «оказывать ему всяческое содействие». Даже пропуск выдал — пластиковую карточку с моими ФИО и фотографией (и когда успел?). Не забыл Первушин и об обещанном роботе-охраннике, вручил руководство по использованию, подробный инструктаж провел. Машина мне сразу же понравилась и, поблагодарив моего друга за этот царский подарок, я уже собрался было возвращаться домой, как Владимир позвал меня «немного прогуляться» и уже вне бункера предложил подумать о постепенном переселении в их мир, причем всей семьей. Признаться, такого поворота я не ожидал, а потому решил ответить уклончиво:
— Да уж, неожиданное предложение! Тут надо подумать.
— Но ты, в принципе, не против? — решил уточнить мою позицию Первушин.
— Скорее за.
