— Как обычно. Пусть принимают нас такими, как есть. Мы пролетарское государство, не будем буржуям подыгрывать! — отвечал Хрущёв. Он решил и в Америке агитировать за Советскую власть, доказывать, что при социализме и только при социализме человек может по-настоящему реализоваться.
— Мне, Никита, боязно!
— Они, Нина, нас боятся не меньше, чем мы их! — грозно ответил супруг.
— Всё равно!
— С нами, Нина, двести тридцать человек охраны едет.
— Зачем так много? — удивилась Нина Петровна.
— Что б тебя не украли! — грубо ответил муж. — Когда Сталин в Потсдам ехал, десятки тысяч для охраны нагнали, я уже ребятам про то сказал, а когда в Тегеране встречались, Рузвельта в Русском посольстве поселили, потому что наше посольство в сравнении с американским — крепость! Так что ещё неизвестно, кому страшней!
А вот Алексея Ивановича Аджубея волновал сейчас не визит, а полёт. Чтобы доказать американцам превосходство СССР в технике, Никита Сергеевич принял решение лететь на другой континент на новом реактивном гиганте Ту-114 конструкции Туполева. Ту-114 мог совершить беспосадочный перелёт Москва — Нью-Йорк, что было не под силу ни одному самолету в мире.
— Помню, каким посмешищем смотрелся наш двухмоторный Ил-16 на фоне американских и европейских машин, когда я однажды в Женеву прибыл. Жалко смотрелся. Я чуть со стыда не провалился. Пусть теперь удивляются! — распоряжаясь снаряжать в полет новый Ту, говорил Хрущёв, но новый самолет даже не был как следует испытан!
— А вдруг что? — переживал Алексей Иванович.
— Не боись, Туполёв с нами летит! — утешал зятя Хрущёв. — Ты лучше своё перо точи, представляешь, сколько писать придётся?
И действительно, писать предстояло немало, Алексей Иванович задумал подробно освещать визит Председателя Совета Министров, день за днём, шаг за шагом рассказывать о пребывании советского лидера в Соединенных Штатах. С прошлого года целеустремленный редактор вошёл в литературную группу премьера — восемь ведущих журналистов обогащали хрущёвские речи литературными выражениями, примерами, то есть делали доклады изящней. Аджубей задумал московский выпуск «Известий» пускать в продажу вечером с последними новостями, как делала газета «Вечерняя Москва». «Вечёрку», несущую подписчикам самую свежую информацию, раскупали активно. Аджубей решил повторить этот фокус с «Известиями», что обещало резко повысить тираж.
Только-только начало светать, правительственные машины выстроились в ряд перед стеклянным терминалом «Внуково-2», откуда теперь летали спецрейсы. На фоне пустого поля одинокий самолет казался огромным. Алексей Иванович Аджубей с опаской смотрел в его сторону. Начальник авиационной дивизии специального назначения Цибин, бывший пилот Никиты Сергеевича, сказал, что машина надежная и беспокоиться не о чем, на прошлой неделе Ту-114 совершил пробный рейс до Хабаровска. Да и конструктор Андрей Николаевич Туполев ходил рядом в хорошем настроении.
— Выглядит самолёт отлично! — отметил Хрущёв.
— Красавец! — отозвался о новом лайнере маршал Малиновский.
Все присутствующие в правительственном терминале находились в приподнятом настроении, лишь Алексей Иванович был хмур и сосредоточен, у него на уме вертелась только одна мысль: «А вдруг?». Он хорошо помнил весенний визит в Америку Микояна, когда на обратном пути из Нью-Йорка в Москву через пару часов после взлета у самолета скандинавской компании «САС» над Атлантическим океаном загорелся один из двигателей. Каким-то чудом аварийный двигатель удалось потушить, но только его потушили — вспыхнул другой. Самолёт летел на оставшихся двух, постепенно снижая высоту. Готовились к жёсткой посадке на воду, женщин и детей переместили в хвост. Всех пассажиров снабдили подушками, чтобы прикрывать голову во время удара о воду. К счастью, по пути находилась американская военно-морская база, туда-то самолёт и сел. Потом по этому поводу много шутили, рассказывали, что Анастас Иванович при пожаре двигателей, набравшись мужества, произнёс: «Хорошо, что авария случилась на обратном пути, во всяком случае, мы выполнили свою миссию!». А когда благополучно сели, перекрестившись, добавил: «Если б это была наша военная база, могли бы и шарахнуть по нам!». Как тогда над его высказываниями смеялись! Теперь Алексею Ивановичу было не до смеха: тогда в Америку летел серийный самолёт, а тут — совершенно новый, не обкатанный, ну и что, что один раз до Хабаровска долетел?
— Ну, брат, не подкачай! — Хрущёва обнял Микоян. Его Никита Сергеевич оставлял за себя главным.
— Не переживай, всё будет под контролем!
— Я, Анастас, американцам задам! Буду вскрывать духовное обнищание людей буржуазного мира, их идейную опустошенность, безнравственность, покажу моральное превосходство и духовную красоту советского человека!
— Смотри, не переборщи, — улыбался Анастас Иванович. — Ни пуха ни пера!
— К чёрту, к чёрту!
