Чуть дальше, у мыса Фиолент, должные были пройти учебные стрельбы, подводные корабли заняли исходные позиции. Сергей Никитич уговорил отца посмотреть в действии на ракеты Челомея, с Челомеем приехал конструктор подводных лодок Пустынцев.
Лодки стреляли из-под воды. Выстреливая, ракеты поднимали высоченные фонтаны брызг и, прижавшись к воде, неслись к заданной цели. Одна лодка била в район мыса Тарханкут, другая поражала цель за двести пятьдесят километров, установленную в акватории поселка Орджоникидзе, где собственно и выстроили завод по сборке этих ракет.
— Как тебе, пап? — после очередного залпа поинтересовался сын.
— Мощно, ничего не скажешь! Не с пустыми карманами я в Америку лечу!
— Узко нам Чёрное море, узко! — с гордостью проговорил маршал Малиновский.
— Меня, Родион, Королёв беспокоит. Все запуски просрал! Я его прошу, надо нам отличиться перед американцами, на Луну ракету пустить, а он только головой кивает. Уже, как звонит, к телефону подходить противно, провал за провалом, хоть бей его! Объясняю по-людски, я в Америку еду, если есть сомнения, не запускайте, нельзя нам перед визитом осрамиться. Королёв в ответ дакает! А что в результате? Четыре пуска подряд загубил. 6 сентября ракета не завелась, забыли подсоединить один из электрических разъемов, 8-го не полетела, в трубопроводе откуда-то появилась вода и замерзла, и со второй попытки ничего не вышло, а сегодня двигатели запустились, но на расчетную мощность не вышли! А я у него вымпелов понабрал, такие красивые, знаешь, блестящие пятиугольнички, они при столкновении с Луной должны были во все стороны разлететься, надпись СССР на них крупно и герб Советского Союза выпуклый, прям загляденье! Десятка два этих вымпелов на подарки взял, а он мне: «Вы только проследите, чтобы к ним красивую коробочку сделали, а то стыдно будет!». И кому теперь стыдно? Куда я эти «сувениры» дену? Звонит сегодня, как пёс побитый.
— Он, Никита, старается! — заступился за Королёва Микоян.
— Старается? Вот и пусть старается! Ну ничего, Анастас, всё равно прорвёмся, с Королёвым или без!
— Зато на Челомея смотреть приятно, — проговорил маршал Малиновский.
— Челомей молодец! Серёжа, Серёженька! Зови-ка сюда Владимира Николаевича!
Не так давно в Днепропетровске у Янгеля устроили демонстрацию отечественных ракет. На полигоне с утра была суета, полку солдат раздали веники, связанные из полыни, и солдаты мели многокилометровую бетонку по которой прибудет высокое руководство. Пыль стояла столбом. Колдобины заделывали, покосившейся забор поправили, вывесили патриотические лозунги. Первым приехал маршал Неделин и сразу же наткнулся на лужу перед входом в бункер. Он схватил лопату и стал её вычёрпывать, тут сбежались местные начальники и кто чем, одолели проклятую лужу! Место лужи засыпали песком. Досталось конечно всем, но больше других капитану Собакину — начальнику охраны стартовой площадки. К появлению Хрущева воцарился абсолютный порядок. Сначала Никита Сергеевич обошёл все ракеты, осмотрел. Простотой поражала янгелевская Р-12, она стояла несколько в стороне — вытянутая остроносая сигара, не имеющая даже рудиментарных хвостовых стабилизаторов. За считанные секунды ракета пробивала атмосферу и оказывалась в безвоздушном пространстве. Хрущёву нравились смелые решения. Королёв представил тогда целое семейство своих изделий: здесь стояло главное оружие Р-5, потом — «двойка» и «единичка», везти на полигон громадину Р-7 не представлялось возможным. Своё творение, крылатую П-5, представил тогда и Челомей. То, что его включили в показ в одном ряду с корифеями, было принципиальным успехом, а сегодня он был один!
