Цель Rüstungsprogramm В заключалась в существенном увеличении германской наступательной огневой мощи. В противоположность приготовлениям к нападению на Францию, отныне производственные приоритеты германской армии были однозначно подчинены требованиям танковой войны. Гитлер никогда не забывал о танках после их поразительных успехов во Франции. Даже в первые недели июля 1940 г., когда Гитлер серьезно обдумывал крупномасштабное сокращение размеров армии, он исключил из этих планов «schnellen Тшрреп» («мобильные войска»)[1348]. Наоборот, с лета 1940 г. по лето 1941 г. число танковых дивизий было удвоено, с 10 до 20. Значение этого факта можно преуменьшить, указав на то, что численность танков не выросла пропорционально увеличению числа дивизий. Но как мы уже выяснили, общее число машин не имеет смысла в качестве показателя эффективной боевой мощи танковых дивизий. Важным было не общее число танков, а число боеспособных средних танков – Pz-III, Pz-IV, а также Pz.Kpfw.35(t) и Pz.Kpfw.38(t) чешского производства. Если рассматривать только эту группу, то окажется, что сила германских танковых войск с мая 1940 г. по июнь 1941 г. удвоилась, так же как удвоилось и число танковых дивизий[1349]. Помимо этого, в пропорциональной степени увеличилось и число бронетранспортеров, которыми было оснащено 10 моторизованных дивизий, от чьих действий зависел успех блицкрига. Танки могли стрелять и ездить, но они не могли занимать территорий в отсутствие поддержки со стороны мобильной пехоты.
Импульс, приданный танковому производству в 1940–1941 гг., важен еще и потому, что благодаря ему была создана одна из самых долговечных организационных структур в германской военной экономике. Фриц Тодт, распознав свой главный шанс, летом 1940 г. захватил инициативу в бюрократической борьбе, включив в свое Министерство боеприпасов и вооружений новый главный комитет по танкам[1350]. Ключевые ингредиенты, обеспечившие успех этого комитета, были достаточно очевидными. Танковая программа была в достаточной степени обеспечена сырьем, рабочей силой и производственными мощностями. Применявшаяся Тодтом система привлечения промышленников к распределению производственных заказов уже доказала свою эффективность в качестве механизма мобилизации. Во главе главного комитета с 1940 по 1943 г. стоял д-р Вальтер Роланд, энергичный руководитель Deutsche Edelstahlwerke Krefeld – одного из ведущих поставщиков броневых плит. В свою очередь, авторитет Роланда основывался на его статусе члена правления индустриального гиганта Vereinigte Stahlwerke и фаворита Альфреда Феглера – бесспорно наиболее влиятельной личности в немецкой тяжелой промышленности. Именно с благословения Феглера Роланд в 1943 г. сменил Эрнста Пенсгена в качестве главы всего комплекса Vereinigte Stahlwerke. Роланд был членом партии с 1933 г., но реальную политическую силу главный комитет имел благодаря Карлу Отто Зауру, задиристому заместителю Фрица Тодта. Заур, неизменно надзиравший за производством танков с лета 1940 г. до самого конца войны, заслужил вполне оправданную репутацию как одного из самых фанатичных «надсмотрщиков» в военной экономике. Сочетание промышленного и политического авторитета Роланда и Заура заразило энергией тех, кто уже входил в танковый картель, а также способствовало привлечению в него новых участников. К 1941 г. средний танк Pz-III, сменявший Pz-II в качестве главной машины танковых дивизий, выпускался уже не менее чем четырьмя разными заводами – MAN в Нюрнберге, MIAG в Брауншвейге и заводами компаний Alkett и Daimler-Benz в Берлине[1351]. Выдача производственных заказов такому большому числу заводов представляла собой не просчитанный шаг, направленный на достижение оптимальной экономии за счет роста масштабов производства, а быстрый способ расширения производственных мощностей. Кроме того, она свела к минимуму конфликты между производителями, а посредством рассредоточения производства сделала немецкую танковую промышленность поразительно нечувствительной к воздушным бомбардировкам.
Подготовка к операции «Барбаросса» не ограничивалась наращиванием танковых сил. Соответствующая программа предполагала также существенное повышение огневой мощи пехотных дивизий посредством увеличения численности легких полевых гаубиц и полной замены старинных пулеметов времен Первой мировой войны, все еще широко использовавшихся в мае 1940 г., современными MG-34[1352]. Существенно, что эта программа также предусматривала крупномасштабное совершенствование германских средств ПВО, причем в особенно больших количествах заказывались 88 и 105-мм зенитные пушки, непосредственно конкурировавшие с артиллерийскими запросами армии. Как можно увидеть из таблицы А4 (в Приложении), цели Rüstungsprogramm В в основном были выполнены. По сравнению с маем 1940 г. вермахт к лету 1941 г. усилился не только в плане общей численности, но и в плане огневой мощи.
